Олеся взяла принцессу за руку и повела за собой. Генриетта казалась несмышленым ребенком лет пяти. Вертела головой, что-то лепетала себе под нос и улыбалась каким-то своим мыслям. Олеся и вправду ощущала себя мамой, оберегающей неразумное дитя.
Неужели у них с Габором и вправду будет ребенок? Красивый, умный и храбрый малыш, похожий на своего папу. Олеся прижала свободную руку к своему животу, как будто могла этим жестом могла сберечь еще не рожденного сына. Или дочку.
Морозный Дед довел их до широкого подземелья, помогая выбраться через проход в статуе ворона.
Принцесса вскрикнула, и Олеся поспешила за ней, гадая, что могло ее так напугать. Весь пол был усеян телами мертвых демонов. Отрубленные лапы и головы, вывалившиеся из пастей языки.
Морозный Дед хмыкнул и погладил свой топор. Не оставалось сомнений, кто их всех убил.
– Дальше вы сами. А я наведу тут порядок.
Олеся взглянула на него:
– Вы еще придете?
Он улыбнулся:
– Я всегда рядом.
– Но мы еще увидимся?
Он указал на ее живот:
– Я приду к ним однажды. Чтобы исполнить их заветные желания.
Олеся погладила живот, все еще не находя в себе сил не прикасаться к нему:
– Спасибо.
Дед кивнул:
– Возвращайтесь. Дьекельни ждет хороших новостей. Сейчас крепости нужна хозяйка. И пышное торжество. Как никогда.
Олеся покрепче обхватила ладонь Генриетты и повела утратившую память и, похоже, разум принцессу за тобой.
– Это был твой дедушка? – Шепот Генриетты отскакивал от холодных стен, которые больше не казались ни страшными, ни пугающими.
Неожиданно для самой себя Олеся улыбнулась. А ведь совсем недавно она сама была как принцесса. Ничего не понимала и не осознавала.
А теперь вот объясняет, что к чему в этом удивительном, почти сказочном мире.
– Это Морозный Дед. Хранитель всей Бергандии. Он награждает детей, которые хорошо себя вели весь год, – приносит им подарки.
– Ух ты! А я хорошо себя вела? Ты не знаешь?
Олеся не смогла сдержаться:
– Не совсем.
Генриетта заметно приуныла.
– Значит, у меня подарка не будет.
– Я думаю, ты свой подарок уже получила.
– Да? А какой? Я ничего не помню. Даже… свое имя. Как меня зовут?
– Генриетта. Тебя зовут Генриетта. И ты принцесса.
– Правда?
Генриетта начала шумно радоваться и удивляться, охать, а потом гадать, что нужно делать принцессе. А Олеся подумала, что не так уж она и соврала ей. Морозный Дед действительно сделал ей подарок – возможность начать жизнь заново.
За считанные минуты они выбрались из тайного прохода. В зале, откуда их похитил жуткий демон, пахло кровью. Окровавленное тело Фиданки все так же лежало на полу, пугая своим видом.
Генриетта закричала, и Олеся поспешила вывести ее отсюда. Но уже у самой двери она заметила книжку, одиноко лежащую в кресле… Сказки. Сказки, которые они читали с Габором. На глаза снова навернулись слезы.
Захотелось разрыдаться.
Она вытолкнула принцессу из зала и приказала:
– Подожди меня здесь.
Та намертво вцепилась в ее руку, не желая отпускать:
– Ты не оставишь меня? Не бросишь?
– Я только заберу кое-что.
Она вырвалась из хватки принцессы и бросилась к креслу. Схватила потрепанную книжку и прижала к груди, как самое величайшее сокровище.
Стоило вернуться к Генриетте, как та тотчас повисла у нее на шее.
– Я думала, ты оставишь меня здесь.
Олеся погадила дрожащую девушку по голове:
– Не бойся. Все хорошо. Теперь уже нечего бояться. Габор… Наш господарь позаботился, чтобы теперь мы все были в безопасности.
Вот так вдвоем они двинулись вперед, находя в замке окровавленные тела то рыцарей и стражников, то бездыханных, но все равно пугающих демонов.
– Госпожа Маргит! – Олеся вздрогнула, совсем отвыкнув от этого имени.
К ней спешил высокий воин, которого она пару раз замечала возле Габора.
– Слава Небесам, с вами все хорошо. Вы не пострадали?
Оказывается, жизнь не закончилась. Огромная крепость пыталась стряхнуть с себя покрывало смерти и восстать, чтобы жить заново.
И теперь она – часть всего этого. Госпожа Маргит.
– Нет. Со мной и ее высочеством все хорошо. Господарь Габор успел вовремя.
Стражник с облегчением выдохнул:
– Мы отведем вас к остальным, пока будем проверять крепость. Но… кажется все демоны… Не знаю, как это объяснить, но они сорвались и куда-то побежали… – Он вдруг запнулся. – А где господарь? Он… жив?
Наверное, когда-то ей пришлось бы ответить на этот вопрос. Но не сейчас. Она просто не знала, что сказать. И не потому, что не успела придумать, или ее слова могли как-то повредить Габору. Нет. Она… боялась, что он не вернется. Все произошедшее в башне казалось дурным сном. Слишком ярким фильмом, который невозможно вот так просто выбросить из головы. Жизнь идет дальше. Вокруг что-то происходит. И, кажется, из-за поворота вот-вот должен выступить Габор. Подойти к ней своей стремительной походкой. Отрывисто отдать приказ. Выслушать всех, нахмурив брови и сжав губы так, что вокруг рта появится жесткая складка.