Эльза вышла из здания, в котором располагался следственный комитет. Порадовалась сухой погоде и решила немного посидеть на лавке, подышать свежим воздухом. В сумке имелась шоколадка с орехами и бутылочка воды. Чем не перекус?
– Привет, – услышала она, распаковав «Сникерс».
– Здравствуйте, – откликнулась она и куснула батончик размера XXL. Хорошо, что ей не нужно следить за фигурой. Эльза от природы была худощавой, а если бы и нет, то ей плевать, влезет она в сорок шестой размер или будет за пятидесятым гоняться. Главное, обильно не заплыть жиром, он мешает.
– Помнишь меня?
– Угу.
То была женщина, что явилась на званый ужин к Катерине вместе с потенциальной покупательницей замка. Как звали их обеих, она запамятовала.
– На допросе была? – Эльза кивнула, продолжая поедать шоколадку. Не часто ей хотелось сладкого, но сейчас, как говорится, оно зашло. – Я тоже. А Кира еще там.
– Покупательница замка?
– Несостоявшаяся.
– То есть она передумала приобретать недвижимость Екатерины?
– Она проблемная. – Женщина тоже достала из сумки напиток. Но то был квас. – А кому нужны лишние неприятности?
– Не вижу большой проблемы в том, что часть земли принадлежит фирме покойного Арарата. Ее можно выкупить. Он бы не продал, чтобы подгадить бывшей жене. Но на деле полгектара земли в глуши практически ничего не стоят, с учетом того, что они окружены чужой собственностью. Я бы скинула его за миллион рублей.
– Сейчас продается куча шикарной недвижимости по очень умеренной цене. Есть из чего выбрать.
– Вы извините, но я не помню вашего имени.
– Алина. – И зачем-то подмигнула. Женщина Эльзе не нравилась. Почему она «тычет»? И слишком откровенно ее рассматривает? То есть таращится на грудь. А поскольку она силиконовая, Эльза не носит лифчика. – А как тебя зовут, я помню.
– Я, пожалуй, пойду. Всего хорошего. – Она стала подниматься с лавки, но Алина ее схватила за руку.
– Не убегай, пожалуйста. Побудь со мной.
– Я? С вами? Зачем?
– И не «выкай», я тебя, конечно, старше…
– Вы меня еще и старше? Думала, мы ровесницы. – Она так не думала. Просто говорила то, что от нее хотели слышать. Эльза следила за языком и когда была проституткой, и когда занялась бизнесом. С менеджерами, продавцами, разнорабочими она была вежлива и внимательна. Находила к каждому индивидуальный подход.
– Если бы ты узнала, сколько мне лет, то офигела бы.
– Алин, мне ехать надо. Дела.
– Можно мне с тобой? – Она продолжала удерживать ее за запястье.
– Куда? – опешила Эльза.
– Хоть куда. Я не могу быть сейчас одна.
– Скоро Кира закончит давать показания и составит вам, – и тут же поправила саму себя: —…тебе компанию.
– Мы поругались. Она послала меня далеко и надолго.
– Вы вообще кем друг другу приходитесь?
– Партнерами. Тоже несостоявшимися. Вместе хотели открыть реабилитационный центр. Но Кира, столкнувшись с трудностью, сразу сдала назад. То есть не просто отказалась покупать замок Аникяна, а вообще от идеи. Не хочет смотреть другую недвижимость. И на больных ей вдруг стало плевать. Хотя именно она на себе ощутила весь ужас паралича, и она же хотела помогать как выздоравливающим, так и безнадежным.
– А тебя-то за что послала?
– Я вышла на это предложение. Свела Катерину и Киру. Выходит, я ее подставила, и теперь она проходит свидетелем по делу. А кому это надо?
– Да, лишняя докука.
– А мне обидно. Я же как лучше хотела. У нас разные истории с Кирой, но боль одна. Она сама лежала, а у меня мама. Девять лет! Сначала один инсульт, потом другой, третий. И это в сорок два, три, пять. Только научим ее с братом, мы по очереди ухаживали, ложку держать, вставать, как снова приступ. А нам работать надо. У него семья. А я так и не обзавелась, потому что не до этого было. Нанимали кого-то. Либо старую соседку, либо бабенку попивающую, которой заработать надо. Был бы за мамой уход нормальный и помощь медицинская, глядишь, жива бы еще была. Но умерла. А следом и брат.
– Тоже от инсульта?
– Нет. Он от банального гриппа. На ногах переносил и посадил сердце. В общем, я очень людям помогать хочу. Своих не спасла, так хоть чужих…
– Ты молодец, – только и сказала Эльза. – Желаю удачи.
– То есть сама ты не хочешь этого?
– Людям помогать? – Женщина кивнула. – Если возникает желание, я это делаю.
– Даешь сто рублей побирушке?
– Кто чем может.
– У тебя куча денег, давай с тобой откроем реабилитационный центр.