– Ха! – гордо вскинула голову Алла. – Еще посмотрим.
И покинула кабинет с видом королевы.
– Выкрутится, как думаешь? – спросила Лера, проводив ее взглядом.
– Отделается легким испугом, – уверенно ответил Димон. – Если и получит срок, то небольшой. А когда откинется, опять начнет разводить лохов.
– Нет, ждать освобождения не будет. На зоне полно мошенников. Она станет их предводителем.
– Пожалуй. – Он протянул ей пирог. Лера поднесла его к носу. Вдохнула аромат. За него она любила пироги в первую очередь. – Странно все закончилось, не находишь?
– Странно, но не страшно.
– Ты просто все дела теперь сравниваешь с… – Он замялся, опустил глаза: – Сама знаешь, с каким. – Лере все боялись напоминать о том ужасе, через который ей пришлось пройти.
– Да, все убийцы после Мясника мне кажутся просто запутавшимися или оступившимися.
– Мать, не оправдывай преступников только за то, что они не такие выродки, как Мясник. Женя планировала убийство своей бывшей. Поэтому привезла с собой травки. Жажда мести ее ослепила, и пострадал посторонний. Чей-то сын, муж, отец, друг. И бедный Лютик. Он, видите ли, выл, нервируя Женю и заставляя вспоминать о том, какая она тварь. Но даже если бы умерла Алла-Алина… Кто дал право Жене лишать жизни другого? Пусть и паршивого человека?
– У Мясника тоже есть мать. Жива до сих пор. Сестра имеется. И ребенок, кстати. По молодости лет заделал. На пассии своей не женился, но материально ее поддерживал.
– Не сравнивай мошенницу и маньяка.
– Ты бы убил его?
– Без раздумий.
– А ее нет?
– Конечно.
– Видишь, как гибки наши моральные установки. И они у каждого свои.
– К чему ты ведешь?
– Кажется, я только что поняла, что занимаюсь не своим делом. Я ношу оружие и отлично стреляю. Я теряла коллег и близких. Бывала зла на весь мир и на себя. И несмотря на все это, я не умею убивать. Значит, мне не место в органах. Димон, я ухожу в отставку.
– Тебе до пенсии осталось всего ничего…
– Плевать!
– Переведись хотя бы в пиар-отдел, как когда-то планировала.
– Нет, мне нужно обнулиться. Иначе не получится переродиться. Мне снится кровь. Кишки. Отрубленные конечности. Я, будучи живой, попадаю в ад постоянно.
– Думаешь, уволишься, все сразу наладится?
– Это было бы слишком просто. Но сегодня во сне я писала на окровавленном стекле какие-то буквы. Не рассмотрела их, естественно. Но сейчас поняла, что дело не в них. То есть я не писала, а просто стирала кровь, чтобы увидеть что-то еще, кроме нее.
Валерия встала из-за стола и подошла к окну. Глянула на небо. Его расчертил след пролетевшего самолета. Но Лере хотелось думать, что это ее душа, на секунду отделившись от тела, воспарила и вернулась обновленной.
Эпилог
Лера ушла в отставку. Ни пенсии, ни льгот, зато запрет на выезды за границу. На все это ей было плевать. Порекомендовав на свое место Димона, Валерия уехала на Байкал. Жила там в скромной избушке, рыбачила, по грибы ходила, прикармливала белок и полудиких собак. Когда храм поблизости стали строить, взялась помогать. Много молилась. В религию не ударилась, но нашла наконец покой.
Получив полмиллиона рублей, Дуся-лапуся тут же улетела в Хорватию. Она прибыла на ферму, где отсутствовал хозяин. Но ее приняли. И с распростертыми объятиями. Сын Игоря попал в аварию, лежал в больнице в Дубровнике. На операцию ему отец денег перечислил, находясь в России, но хотел еще и поддержать. Поэтому улетел и до сих пор находился в столице Хорватии, а Катя ждала его возвращения.
Замок ее решил купить Марк Баровский. Именно от его имени выступала Мария, она же заплатила Катерине аванс. Став как минимум трехмесячным арендатором, Марк устроил в замке бал. Для Туси и ее бабушки. А также для обитателей Дроздов. Просто открыл все ворота и двери. Но включил рамки металлоискателей, чтобы деревенские ничего не утащили.
Это действо хотел заснять Влад Лавров. Принц недоделанный. Но ему не позволили.
Отец его, он же король, не смог выбраться из финансовой ямы и лишился дачи. Плюс продал ретроавто и пару картин.
Супруга ушла от него. И снова начала писать. Но не исторические мелодрамы, а детективы. Большого успеха не имела, но на жизнь зарабатывала.
Эльза тоже начала новую жизнь. Но именно личную. Неожиданно для себя влюбилась. И в кого! В Фердинанда. Взяла бывшего дворецкого Кати к себе на работу и открыла его для себя как человека. До этого сколько раз видела, но будто не замечала. А Федя оказался очень умным, тонким, душевным человеком. Еще и красивым. Без дурацкой ливреи, в рабочем комбинезоне, в бейсболке с логотипом «Эльза-гарден» он был чудо как хорош. И выглядел значительно моложе своего паспортного возраста.