Сам дом встретил меня распахнутой дверью вполне себе современного вида, ибо она была металлической и с кодовым замком. А вот прямо за ней располагалась грязноватая прихожая, где вдоль грубо отштукатуренных стен стояли длинные деревянные лавки, и прихожей, под которыми потертого вида кожаные сапоги соседствовали с натуральными лаптями. Ношеными, судя по следам износа, запаху и кое-где прилипшим кускам навоза с соломой, взятыми не иначе как из конюшни-гаража.
— А ведь какая-то своя логика в этом даже есть, — решил я, осторожно ступая внутрь и прислушиваясь одновременно и к подозрительным звукам, и к своим новым чувствам, вроде бы представляющим из себя сильно развитую версию эмпатии. Всё было тихо и спокойно. Возможно, даже слишком тихо и спокойно. И это нервировало больше чем какие-нибудь подозрительные звуки, издаваемые монстром, которого можно бы было просто пристрелить. — Странная и больная, но ведь есть…
Комната с современной мебелью, телевизором на половину стены, игровой приставкой…Комната, где на стене висели какие-то странные выгоревшие под ярким солнцем накидки и плетеные сомбреро, а в уголке стоял небольшой стол, заставленный тарелками с едой и темными пузатыми бутылками. Комната, где чуть ли не все место занимали большие, чуть не в человеческий рост, сундуки, а роль осветительного прибора выполнял покрытый патиной бронзовый подсвечник с короткими огарками. На деревянном полу темнела крайне подозрительного вида лужа, очень смахивающая на кровь и пахнущая же кровью. А еще одна из этих коробок-переростков пусть и была относительно сыта, но все равно хотела жрать, и очень оживилась при приближении к ней куска мяса, который никак не мог быть кем-то кроме как мной.
— Да ладно? Мимик, блядь? — Хмыкнул я, делая пару шагов назад. Как и ожидалось, стены домов не могли дать укрытия от творящегося вокруг кошмара. И кто-то вот прямо в этой комнате умер…Возможно потому и бежало отсюда ныне покойное семейство, что знать не знало о горгульях, прямо по крыше расхаживающих. — Эх, ну будем надеяться, раз вот прямо здесь есть мимики, то где-то должны быть и прекрасные эльфийки…
Короткая очередь и подозрительного вида сундук с плотоядными намерениями подпрыгивает на месте, поймав пять пуль прямо в переднюю стенку. Ранения для твари, вовсю принявшейся истекать прозрачной мутной слизью, явно были весьма болезненными, но не смертельными. Как оказалось, вместо днища у него имелся набор из десятков коротеньких ножек, сильно смахивающих на те, которые есть у насекомых, и со всей прыти эта тварь поспешила к своему обидчику, резвая огромную зубастую пасть…Со скоростью примерно метр в секунду, а может и меньше. Засадный хищник оказался крайне хреновым бегуном.
— Мои резко расширившиеся способности к восприятию окружающей обстановки могут оказаться куда полезнее, чем возможность кипятить мозги. — Решил я, медленно пятясь и продолжая стрелять в тварь, чья туша была довольно прочной, но недостаточно прочной, чтобы автоматные пули остановить. Дырке примерно на двадцать первой или двадцать второй эту тушу повело в сторону, она запуталась в собственных многочисленных лапах и рухнула на бок, вывалив из клыкастой пасти длинный язык, покрытый чем-то вроде присосок и крючков. Или это просто ловчее щупальце у неё такое было? — Так, блин…А это еще что⁈
В ответ на поднятый на поднятый нами шум, кто-то на втором этаже начал двигаться. Кто-то очень тяжелый, ибо потолок натуральным образом дрожал, и каждый шаг находящегося вверху существа был до безумия громким и каким-то звенящим, словно оно в качестве обуви использовало наполненные болтами ведра. И по скорости своих перемещений неведомый монстр если и выигрвал у почившего мимика, то не сказать, чтобы сильно. Я успел отсоединить от автомата полупустой магазин и присоединить полный, а после пожалеть об отсутствии гранат, из которых можно бы было сделать ловушку, и даже секунд тридцать еще поскучал, пока обитатель причудливого здания наконец-то смог спуститься по лестнице, весьма заметно поскрипывая своими ржавыми суставами.