— Мы можем поговорить о Диане позже?
Я проснулась под звуки спора мамы и Нейтана. Мы припарковались возле небольшого продуктового магазина, а он, надувшись, стоял возле её окна.
— О, Боже, не сейчас, — пробормотала я. Уже темнело, и мы пропустили ужин, мой желудок протестовал. Я была на взводе, и последнее, что мне было нужно — это выслушивать спектакль о Диане.
— Она может просто приехать на неделю до начала школы? — спросил Нейтан. — У неё тяжелое время с родителями, и теперь, когда я уехал, всё стало ещё хуже. Это несправедливо по отношению к ней.
Она покачала головой.
— Нет, у нас слишком много работы с распаковкой и подготовкой к школе. Может быть, она сможет приехать и навестить тебя после начала школы на выходных.
— Это всё херня, — отрезал он, открыв окно. Он в отчаянии поднял руки. — Мы могли бы остаться дома. Я бы защитил тебя. Сейчас мы вынуждены переехать, и ты даже не даешь мне шанса.
— Нейтан, — я ахнула. — Ты несправедлив. Мама через многое прошла, а ты просто злишься из-за того, что не сможешь увидеть Диану, когда тебе захочется. Боже, ты ведешь себя как мудак.
Его лицо стало пунцовым, и он открыл рот, чтобы ответить, но мама быстро перебила.
— Ладно, давайте успокоимся. Прекратите перепираться, и, Никки, следи за языком.
— Извини, — промямлила я.
— Послушайте, это не ваша вина, ясно? И, Нейтан, — сказала она, грустно улыбаясь. — Я благодарна за то, что ты хочешь защитить меня, но ты не можешь следить за мной двадцать четыре часа в сутки, и я не ожидаю, что ты будешь моим личным телохранителем. И о Диане мы поговорим позже. Comprende? (прим. «comprende?» исп. — «всё понятно?»)
Он кивнул, но всё ещё дулся, и я могла сказать, что этот разговор был далёк от завершения.
Она заметила это и в отчаянии потёрла лоб.
— Ладно, давайте возьмём всё, что нужно в продуктовом магазине, пока не стемнело. Я не хочу заблудиться, пока ищу эту хижину.
— Пойдемте, — сказала я, открыв свою дверь.
Нейтан последовал за нами в магазин, всё ещё хандря.
— Нейтан, прошу тебя, взбодрись, — умоляла она, когда мы были в отделе замороженной пиццы, и он отказался выбирать еду.
— Ага, — сказала я. — Не порть нашу первую ночь из-за девушки, которая, вероятно, уже в поиске новой родственной души.
— Почему бы тебе просто не заткнуться? — отрезал он. — Ты просто завидуешь, потому что там не осталось никого, кто для тебя важен.
Я подошла к нему.
— Прости, что? Завидую?!
— Прекратите! — прошипела мама. — Вы в общественном месте и ведете себя... смешно. Сейчас мне на самом деле жаль, что нам пришлось переехать. Но теперь мы здесь, и назад пути нет. Так что выбирайте мороженое вместе, или, клянусь Богом, я не стану его покупать.
Нейтан вскинул руки в воздухе.
— Ладно, мам, успокойся. Мы можем поговорить позже, нет необходимости втягивать в это мороженое. Это жестоко.
Она ухмыльнулась.
— Так-то лучше. — Потом она повернулась ко мне. — А что насчет тебя? Так и собираешься обвинять Диану, которой даже здесь нет, чтобы защитить себя?
— Прекрасно, — ответила я резко. — Как только он перестанет говорить о ней каждые пять минут.
— Неважно, — ответил он, покачав головой.
Она закрыла глаза и потёрла переносицу.
— Вы знаете, возможно, это было ошибкой, я не знаю. — Она открыла глаза. — Но что сделано, то сделано, и мы должны приспособиться. Так что, пожалуйста, прекратите спорить и давайте сделаем это ещё лучше. Хорошо?
Мы оба согласились, но избегали её взгляда.
— Хорошо, — сказала она, снова улыбаясь. — Теперь давайте покончим с этим и найдём хижину. Я думаю, вам действительно здесь понравится, если вы дадите этому месту шанс. Я имею в виду, вы должны признать — пейзаж восхитительный.
— Калифорния тоже была красива, — ответил Нейтан, схватив стопку пиццы из морозилки. — Я просто говорю...
Она закатила глаза.
— Серьёзно?
Он положил пиццу в корзину.
— Ладно, хорошо, я признаю, здесь всё по-другому — свежий воздух, горы, все в зелени. Я думаю, это круто.
— Спасибо. Итак, давайте захватим несколько пирожков, пиццу и роллы, — сказала она, глядя на корзинку.
Я поморщилась.
— Пирожков?
Она кивнула и указала большим пальцем на Нейтана.
— Мы должны держать его сытым. Это быстро и просто.
Это правда, он почти всегда был голоден, и когда уровень сахара в его крови снижался, он становился хуже, чем ад. Семья нашего отца была склонна к диабету, и, как сказала мама, мы оба когда-нибудь его получим.
Я открыла стеклянную заслонку и стала перебирать пирожки под руководством Нейтана. Сорок пять минут спустя тележка была переполнена, а Диана временно забыта.
— С вас двести сорок долларов, — сказала продавец, лопая жвачкой.
Мама потянула молодой женщине свою кредитку, пока та оценивала, как Нейтан упаковывал продукты. Когда он закончил, она улыбнулась.
— Спасибо. Ты же знаешь, что не должен этого делать. Это моя работа.
— Всё в порядке. Я не возражаю.
— Вы, ребята, переехали сюда? — спросила она, вертя прядь блондинистых волос вокруг указательного пальца.
Я еле сдержалась, чтобы не закатить глаза.
— Да, — улыбнулась мама. — Сегодня, если быть точными.
— Круто, — сказала девушка, глядя на него как на пару дизайнерских джинс, без которых не могла жить. — Увидимся.
— Конечно, — ответил Нейтан, когда начал толкать тележку на улицу, не удостоив её взглядом.
Мы с мамой посмотрели друг на друга в изумлении. Иногда люди были так невежественны.
— Нейтан, убери продукты в свою машину, — сказала мама, когда мы вышли на улицу. — Мне кажется, эта уже переполнена.
— Ладно, — ответил он, направляясь в сторону своего автомобиля.
Мы пытались запихнуть еду в багажник Мустанга Нейтана, когда мягкий голос поприветствовал нас.
— Привет. Вы новенькие в городе?
Мы все обернулись, чтобы увидеть эффектную рыжую, выходящую из грузовика Шевроле. На ней был коротенький сарафан, демонстрирующий её стройные ноги, и темные очки, что, на мой взгляд, было странно, учитывая тот факт, что уже смеркалось.
Голубые глаза Нейтана загорелись, и он улыбнулся.
— Да, мы только приехали в город.
Она сняла очки и улыбнулась.
— Надеюсь, вам здесь понравится. Это странно, но есть много вещей, которые вы можете увидеть, особенно после наступления темноты.
Её зубы были жемчужно-белыми, а причёска — копна блестящих локонов. Она уронила ключи и, наклонившись, чтобы подобрать их, перебросила волосы через плечо. Это была простая вещь, но она произвела впечатление на Нейтана. Честно говоря, мне это не понравилось. Прежде, чем моя мама или я вставили слово, Нейтан заговорил на удивление глубоким голосом.