Это безумие!
Подумала я, когда они закрыли за собой дверь. Я размышляла, могла ли какая-нибудь птица наблюдать за нами обоими. Может быть, сова или орёл?
Но с красными глазами?
Совы активны ночью, поэтому я решила, что это возможно, хотя, я была городской девушкой, и единственное, что я знала о птицах — они гадят, когда им вздумается.
Покусывая свою губу, я посмотрела в окно в темноту, задумываясь о том, что кто-то или что-то мог наблюдать за мной снаружи.
О, Боже... закрой шторы, идиотка!
Я метнулась к окнам, пытаясь закрыть все четыре деревянными жалюзи как можно быстрее. Когда все они были закрыты, я отступила назад и снова начала дышать.
Ожидая возвращения мамы и брата, я принялась шагать по комнате в то время, как моя тревога только усиливалась. Я наверняка себя накручиваю, как она и сказала. Я даже начала думать о таких существах, как Йети и инопланетяне, пока не почувствовала, что задыхаюсь.
Господи, Никки, успокойся, чёрт возьми.
Раздосадованная, я подошла к дивану и села, нервно постукивая ногой. Несколько секунд спустя через переднюю дверь ворвался мой брат, затем моя мама, лицо которой было бледным, как луна. Он взял телефон и начал набирать номер.
Мой желудок сжался, когда я заметила странное выражение на лице Нейтана.
— Ладно, что происходит?
Нейтан поднял руку, тем самым дав понять, чтобы я замолчала, а потом начал говорить, его голос был хриплым.
— Алло? Я хотел бы сообщить о трупе.
Глава 3
Три часа спустя труп, который они нашли недалеко от пристани, был изучен, упакован и, наконец, забран.
— Ну, — сказал шериф Калеб Смит, который стоял на крыльце. — Похоже — это Тина Джонсон, девочка-подросток, которая пропала несколько недель назад.
— Что с ней случилось? — спросила я, посмотрев на него. Он был выше, чем мне показалось, примерно шесть футов. У него темные волосы, чуть ниже воротника, и почти идеальное лицо, за исключением носа, который немного великоват. И я должна признать, что для парня своего возраста он был красив.
Моя мама, которая смотрела на него, как на супергероя, сказала, прочистив горло.
— Прежде, чем вы ответите, не хотели бы вы зайти на чашечку кофе, шериф?
Он широко улыбнулся и вошел внутрь.
— Спасибо, не беспокойтесь насчет кофе, мне действительно нужно скоро уезжать.
— Она была убита? — спросил Нейтан, прибывавший в шоке от того, что нашел ее тело, торчащее из воды. Он столько раз это рассказал, что я могла представить картину у себя в голове, как будто тоже там находилась.
Шериф покачал головой.
— Я так не думаю. Она пила алкоголь и покинула вечеринку в состоянии опьянения, когда пропала. Она могла просто упасть в воду и утонуть. Скоро будет вскрытие, и после этого мы сможем узнать больше.
Нейтан, который смотрел много серий шоу «Место преступления» на телевидении, скрестил руки на груди.
— Неужели не было свидетелей? Никто не видел, как она ушла?
Шериф положил руку на стену и облокотился.
— Нет. Эта частная вечеринка вышла из-под контроля, и в итоге арестовали пару несовершеннолетних в ту ночь. Был ужасный беспорядок.
— Боже мой, — сказала мама. — Какая страшная весть для ее родителей. Я не могу себе представить, каково им сейчас.
Он кивнул с мрачным видом.
— Как и мы, они отчаянно искали ее по всему городу и даже в соседних. Так, — вздохнул он, — у них кое-что есть.
— Как трагично, даже не могу себе представить, как бы я справилась в их ситуации, — сказала она.
Он кивнул.
— Я согласен.
— Шериф, не хотите чашечку кофе? Это займет всего пару минут.
— Нет, Энни, но спасибо за предложение. — Он выпрямился и похлопал по карманам, будто искал ключи. — Я лучше пойду, дочь ждёт дома.
— У вас есть дети? — спросила она.
Он гордо улыбнулся.
— Дочь, Селеста. Она только выпустилась.
— О, ты — отец-одиночка? — спросила она, улыбнувшись, словно выиграла в лотерею.
Эм, может ли она выглядеть еще более взволнованной?
Он кивнул.
— Да, на самом деле, я один уже несколько лет.
— Быть родителем-одиночкой трудно в наше время, — быстро озвучила она. — Я могу только представить, что ты проходишь через такое сумасшествие один.
— Всё не слишком плохо. Это просто Селеста, и она... довольно послушная. У вас... у вас близнецы. Это, должно быть, наказание.
— Нет. Они очень хорошие дети.
Он улыбнулся.
— Хорошо, тогда мы не будем часто пересекаться.
Мама расхохоталась, будто он сказал самую смешную вещь, которую она когда-либо слышала.
— О, черт, я просто шучу. Большинство детей в округе ведут себя хорошо.
— Хорошо, тогда я могу расслабиться, когда эти двое начнут встречаться с другими детьми в городе и выходить по ночам.
Он наклонил голову и подался вперед.
— Я бы не стал заходить так далеко. Они еще подростки.
— Это верно, — вздохнула она. — Спасибо, что так быстро добрались сюда. Мы были очень потрясены.
Его губы сжались.
— Конечно. Это ужасное событие для вашей первой ночи в Шор-Лэйк. Мне жаль, что вам пришлось пройти через это.
— Нам тоже, — сказала она, нахмурившись. — Это, безусловно, был насыщенный вечер. Сумасшедший, да?
— Я согласен. — Он надел шляпу. — Я лучше пойду. Надеюсь, что в следующий раз мы встретимся при гораздо более приятных обстоятельствах.
Мама проследовала за ним до двери.
— Я тоже. Спокойной ночи, шериф.
— Калеб, — сказал он тихо, посмотрев на нее.
Ее щеки стали пунцовыми.
— Спокойной ночи, Калеб.
На самом деле было раннее утро, но мама и Калеб, казалось, не заметили. Они были слишком заняты, глядя друг на друга своими одинокими гормонами среднего возраста.
— До свидания, шериф, — сказал Нейтан сидя на диване с ухмылкой. Как и я, он спокойно их изучал, и по его лицу было видно, что он в курсе того, что они были заняты друг другом.
— Да, увидимся, — добавила я с надеждой, что он уже уйдет.
Калеб еще раз улыбнулся своими белоснежными зубами и вышел через парадную дверь.
— Он такой приятный человек, — сказала мама, посмотрев в космос с глупой усмешкой. — Знание, что в этом городе есть такой замечательный парень, патрулирующий улицы, как он, успокаивает.
— Ты его почти не знаешь, — отрезала я, встав с дивана. — Он может и не быть таким хорошим. Возможно, это просто игра.
Мама и брат уставились на меня с удивлением.
— Простите, но это правда, — сказала я, подняв подбородок.
Она покачала головой.
— Ради всего святого, Никки, не нужно так сразу судить о людях.