- Уже не имеет значения, сделала она специально или нет, теперь главное не провалить испытание, - шепнула я, чтобы меня услышала только подруга. – Благо, многие растения уснули, но говорить об этом не обязательно, чтобы наши подопечные не лезли туда, куда не просят.
- Точно! Ты гений! – шепнула Лив, коварно улыбнувшись.
- А это что за дерево? – послышался мужской голос за спиной, и мы обернулись.
Невысокий парень остановился напротив старого древа с идеально гладкой белой корой и кроваво-красными листьями и, запрокинув голову, всматривался в единственный мерцающий цветок, отбрасывающий отблески от стеклянного свода.
- Это Драконис, - ответила я, залюбовавшись цветком. – Легенды гласят, что Драконисы росли на землях драконов, но после Разлома драконы стали вымирать, а вместе с ними и деревья, что хранили их кровь и память.
- Так вот он какой! – с придыханием выпалила девушка, поправляя очки. – Он совсем не похож на то, что рисуют в книгах.
Лив хмыкнула. А я посмотрела на девушку. Похоже, вот она новая звезда академии. Умная. Любознательная. Живая.
- Разумеется! Драконисов во всем мире осталось всего семь. И два из них в нашем королевстве. Один, как вы видите, здесь, в оранжерее, другой в королевском саду. Подробнее вы будете изучать его на втором году обучения, а сейчас пройдемте вперед. Нас ждут мухоедки и сонная трава.
Толпа возмущенно выдохнула, но спорить никто не стал.
****
Кардар лежал на узкой неудобной койке, закинув руки за голову, и смотрел на бревна, покрытые толстым слоем пыли. Он думал о том, как ему действовать дальше в этом странном и непонятном мире. В мире, где магия совсем иная, где никто не поклоняется и, уж тем более, не повелевает тьмой. Где нет черных песков, алмазных пиков, рек душ и лавовых долин. Здесь все было другое. Непривычное. Непонятное. Чужое.
Еда, одежда, правила, устои… он ничего не знал о мире людей. Все, что удалось разузнать от его соплеменников, случайно оказавшихся в телах людей и неожиданно встретившихся в этом замке, именуемом академией Норхолд, это то, что они находятся в королевстве Норвада и то, что сила стихий здесь проявляется совсем не так, как в его мире. Здесь тех, в чьих жилах текла магия, боготворили, уважали, боялись. Они были опорой и защитой всего королевства. Какая глупость! Там откуда он родом, магия была везде, она текла реками и дышала, как дышат все живые существа. Она могла быть мягкой, густой, терпкой и опасной как сама тьма.
Кардар вздохнул.
Без своей способности управлять тьмой, которая могла быть и щитом, и мечом, и крыльями, и доносчиком, ему приходились туго. Это все равно, что лишиться руки или ноги - вроде не существенно, но жизнь не полноценна!
Кардар зарычал и прикрыл лицо трясущейся рукой. Мышцы, не привыкшие к физической нагрузке, беспощадно ныли. Слабость была такой, что он едва мог встать с кровати. Сейчас ему больше всего хотелось уснуть и проспать два дня.
Но сон не шел. Мысли о доме не давали покоя. Почему он оказался здесь? И главное как? И сможет ли вернуться домой? А если сможет… то вернется ли в свое тело? Или там он уже давно мертв, и вернувшись домой попадет в реку душ? А война? Неужели трон займет старший брат?
Кардар тихо ругнулся, проклиная невезучесть и столб света, в который его отбросило после столкновения с воинами-псами третьего брата.
Впервые принц чувствовал себя ничтожным, жалким и беспомощным. Его бы засмеяли, узнай, во что он превратился и тотчас же казнили. Слабакам не место в Мраморке – Империи Мрака.
Он предавался воспоминаниям и старался найти хоть какой-то выход. Выход должен быть. Он всегда есть. Только нужно его разглядеть. И принц думал, искал в омутах памяти зацепки, все, что связано со столбом света.
Благо Беспросветной Тьме, он был один и мог поразмышлять в тишине, не беспокоясь, что в любой момент нагрянет сосед. Койка напротив пустовала, на ней не было постельных принадлежностей, и судя по запылившему деревянному изголовью и резным ножкам, укутанным паутиной, соседа и вовсе никогда не было. И это не могло не радовать.
Из того крохотного промежутка времени, что Кардар провел в этом мире, выяснился любопытный факт - парень, тело которого он занял, был изгоем. Никто не желал делить с ним покои. Никто не говорил с ним. Все отворачивались от него, стоило ему появиться в коридоре. Но это было только на руку. Меньше вопросов, больше шансов для выживания.