Оставался только шкаф. Я двинулась. Мой был бы первым, куда они заглянут. Хотелось рвануть к родителям и утонуть в привычных запахах их дома, но я заставила себя пойти в другую сторону — во вторую гостевую.
Паника холодными языками лизнула вены, пока я осматривала комнату. Ни один из шкафов не давал ни защиты, ни толковой маскировки. Слишком легко обыскать.
Я метнулась обратно в коридор и направилась в гостевую ванную. Распахнула дверцы тумбы под раковиной. Поставив телефон рядом, торопливо выметала немногочисленные вещи. Сгребла их в одну из выдвижных полок.
Схватив телефон, забралась под раковину. Всю жизнь я была среднего роста и радовалась, что умею теряться в толпе. Но сейчас я отдала бы что угодно, лишь бы быть миниатюрной, как Грей.
Я закрыла дверцы, но те не сходились до конца. Уперлась сильнее в стену.
Голос Эйбела прорезал линию:
— Рен, где ты?
— В ванной. Гостевая. В коридоре. Под раковиной. Сколько до приезда полиции?
Часть меня надеялась, что на вызов приедет старший брат Холта, Лоусон. Другая — хотела, чтобы он был как можно дальше отсюда.
Диспетчер замолчал на секунду.
— Эйбел?
— Сегодня уже было три перестрелки. Все свободные офицеры на вызовах. Я направила к тебе двоих, но они на горе. Будет пару минут.
Три перестрелки. Такого не могло быть. Не в нашем-то городке. Худшее, что здесь случалось, — авария, унесшая две жизни. Перестрелки бывают в больших городах. Но не у нас.
Звон в ушах усилился, пропитал все тело. Это они. Рэнди и Пол. В голове метались сотни вопросов: зачем, кто еще пострадал, убили ли кого-то?
Раздался стук в заднюю дверь. Я вздрогнула и ударилась головой.
— Рееееен, я вижу еду на столе. Мы знаем, что ты дома, — протянул Рэнди.
— Ты их видела, Рен? Узнала? — спросил Эйбел.
— Да. Р-Рэнди Салливан и Пол Мэттьюс. Мы учимся вместе.
— И оружие видела?
— Да. Пистолеты. — Я уже немела, будто все происходило не со мной, а я смотрела со стороны.
— У тебя есть оружие?
— Нет, — голос сорвался.
Отец Холта, Натан, всегда настаивал, чтобы мы все знали правила обращения с оружием, но это был единственный раз, когда я держала его в руках… если не считать кухонный нож.
— Офицеры будут через пятнадцать минут. Уже в пути.
— Нашел! — крикнул Пол.
Я услышала, как в замке провернулся ключ, задвижка отъехала. Или это просто воображение заставило меня услышать взрыв прямо за спиной.
— Они в доме, — выдохнула я почти беззвучно, когда по лестнице загрохотали шаги. — Не говори.
Эйбел промолчал, только тихий щелчок прозвучал в трубке. Почти незаметное согласие.
В коридоре — хаос. Мой шкаф — с треском.
— Где эта зажатая сучка? — прорычал Рэнди. — Любимого рядом нет, защитить некому, да?
Боже, Холт… Часть меня хотела, чтобы он ворвался и вытащил меня отсюда. Другая, чтобы он был как можно дальше.
Перед глазами мелькнуло перекошенное от злости лицо Рэнди, каким оно было после того, как в седьмом классе я отказалась пойти с ним на свидание.
Дыхание сбивалось в панические рывки. Шаги в ванной. Кто-то резко отдернул душевую занавеску.
Выстрел. Звон бьющегося стекла.
— Патроны трать на то, что важно, — сказал Пол.
— Она где-то здесь, — сквозь зубы выдавил Рэнди.
— И мы ее найдем.
Внизу тихо зазвучали шаги. И страх, и надежда ударили одновременно. Холт или полиция? Холт позвонил бы в дверь. Значит, полиция. Должна быть полиция.
Дверцы распахнулись, и Пол радостно взвыл:
— Глянь, Рэн, а вот и пай-девочка, под раковиной прячется.
Улыбка Рэнди превратилась в оскал, когда Пол вытащил меня наружу.
— На колени.
Пол толкнул меня вниз. Я ударилась о плитку так, что позвоночник отозвался болью, а телефон отлетел на коврик.
Рэнди выхватил его, зло уставился в экран. Одним нажатием оборвал звонок:
— Тупая сучка говорила с девять-один-один. Сказала копам, кто здесь был?
— Н-нет.
— Врешь! — Рэнди ударил так, что голова мотнулась, а рот наполнился вкусом крови.
В прихожей — шаги. Я молила, чтобы копы успели.
Пол раздавил телефон каблуком. В глазах застыла мозаика из осколков стекла и фотографии, где мы с Холтом.
— Валим. Копы уже в пути.
— Нет, — в глазах Рэнди мелькнул хищный огонь. — Я сперва повеселюсь.
Вдалеке взвыла сирена. Больше помощи.
Скорее.
Я повторяла про себя это слово, будто оно могло спасти мне жизнь.
— Надо уходить! — рявкнул Пол.
— Тогда помоги затащить ее в машину. С этой я не спешу.
Тошнота подкатила к горлу, вкус металла стал сильнее.