Я и правда знала. И видела эту марку и в домах, и в бизнесах.
— Ладно. Я прикину, сколько могу потратить.
Холт сглотнул:
— Спасибо, что позволила мне это сделать. Что доверила.
Опасное слово — доверие. Жизнь я ему доверила бы без раздумий. Сердце? Никогда больше.
— Ладно. Мне пора.
Улыбка Холта чуть потускнела:
— Конечно. Напиши, когда решишь с бюджетом.
Его номер в моем телефоне так и остался. Я так и не удалила его, словно в глубине души все еще ждала, что он снова высветится на экране.
Я отогнала воспоминания и вышла из комнаты, лавируя между столами, пока не добралась до своего рабочего места. Эйбел поднял на меня взгляд, оценивающе:
— Все в порядке?
— Как огурчик.
Он фыркнул:
— Парень смотрит так, будто ты у него последний пряник отобрала.
Я невольно взглянула через плечо. Холт следил за мной, проводя большим пальцем по нижней губе. Этот жест был таким родным, что в груди защемило. Захотелось, чтобы все было по-другому. Чтобы можно было стереть последние десять лет и изменить тот день.
Я резко вернулась к компьютеру:
— Это не я.
Эйбел усмехнулся:
— Как скажешь.
Зазвонил телефон, и я поспешно надела гарнитуру:
— Полиция, пожарная и медицинская службы Сидар-Ридж. В чем ваша чрезвычайная ситуация?
— О боже. О боже. О боже, — раздался женский голос, прерывистый и сбивчивый.
— Мэм, скажите, что происходит? — я быстро посмотрела на экран, пока она продолжала повторять. — Миссис Питерсон. Вам нужно сказать, что случилось, чтобы я могла помочь.
— О-он мертв. Думаю, он мертв.
— Кто мертв? — мои пальцы застучали по клавиатуре, а Эйбел уже подал в эфир сообщение офицерам.
— Альберт. Я… о боже. Думаю, кто-то застрелил его.
Кровь забила в висках, мир сузился в тоннель. Альберт Питерсон. Мой учитель биологии в десятом классе и химии в одиннадцатом. Человек, который всегда смотрел на меня с добротой. Кто находил время, чтобы убедиться, что со мной все в порядке. Один из членов клуба, в который никто не хотел попадать, но был благодарен, что он есть. Выживший.
— Миссис Питерсон, где вы находитесь?
— Я… я только что пришла домой, и он лежал на кухонном полу.
— Мне нужно, чтобы вы проверили, есть ли у него пульс, или определить, дышит ли он.
— Здесь так много крови…
В памяти пронеслись образы. Жгучая боль в груди. Холодная плитка подо мной. Липкая влага, стекающая по руке.
Я сильно прикусила внутреннюю сторону щеки.
— Я знаю, это страшно, но вы сможете. Офицеры и бригада скорой уже едут к вам.
Позади меня стоял гул — на уши давило ощущение всеобщей мобилизации. Я знала, что на этот вызов откликнется каждый, кроме пары дежурных на других происшествиях. Через несколько минут на место сбегутся и те, кто сейчас вне службы, чтобы помочь. И весь город взорвется от слухов.
— О боже… он дышит.
Воздух вырвался из груди в облегченном выдохе.
— Отлично. Вы можете увидеть рану?
— В груди… или в плече, — миссис Питерсон едва выдавила слова сквозь рыдания.
— Возьмите полотенце и прижмите к ране. Нам нужно сделать все, чтобы замедлить кровотечение.
— Уже… взяла.
На фоне донесся приглушенный стон.
— Прости, Эл… прости, что причиняю тебе боль…
— Миссис Питерсон, кто-нибудь еще есть в доме? Вы видели кого-то, когда вошли?
— Нет… никого. Кто мог это сделать? — в ее голосе звучала тихая, безысходная мольба.
Я не знала. Нужно быть чудовищем, чтобы сотворить такое с человеком, уже прошедшим через ад.
— В доме есть оружие?
— Нет. Ничего подобного.
Я слышала, как Эйбел передает всю эту информацию патрульным.
— Слышу сирены. Они едут.
— Оставайтесь со мной на линии, пока они не скажут иначе.
— Не дайте ему умереть, — голос миссис Питерсон дрожал от силы рыданий. — Пожалуйста… я чуть не потеряла его однажды…
Тихие слезы катились по моим щекам.
— Боритесь. За него. За вас обоих.
— Полиция Сидар-Ридж.
Я узнала голос Нэша в трубке.
Миссис Питерсон разрыдалась еще сильнее:
— Помогите ему… пожалуйста, помогите.
Сквозь помехи прорезались приглушенные команды: «Чисто», и потом Нэш сказал прямо в ухо:
— Мы с ней, Рен.
— Х-хорошо, — и только тогда мой голос дрогнул. Стало легче, когда я поняла, что она в безопасности. Что у мистера Питерсона теперь есть шанс, ведь помощь уже рядом.
Я в полубессознательном состоянии сняла гарнитуру и положила трубку. Все вокруг словно заволокло дымкой, как на старом телевизоре с плохим сигналом.