Я: Как дома дела?
Ответ пришел, когда я забрался в внедорожник.
Сверчок: Мы с Грей вызвали стриптизеров. Не советую тебе возвращаться.
Я рассмеялся. Похоже, мои получасовые проверки не остались незамеченными.
Я: Надеюсь, офицеры их сначала проверили на наличие оружия.
Сверчок: Было неловко, потому что они сами были одеты как копы.
Я покачал головой.
Я: Буду дома через полчаса.
Сверчок: Я на работу. Меня везут обычные, не стриптизеры-копы.
Черт. Забыл, что сегодня у Рен вечерняя смена.
Я: Ладно. Заберу тебя в два. Заеду к родителям по пути домой, потом выгуляю Шэдоу.
Сверчок: Не обязательно за мной ехать.
Я: Я за тобой приеду.
Сверчок: Командир.
Я: Можешь потом сама мной покомандовать.
Новое сообщение всплыло уже в групповом чате с нами двумя.
Грей: Перестаньте уже флиртовать. Нам с Рен надо в пятьдесят миллионный раз выплакаться, когда умрет Бет, а потом ей идти на работу.
Я: Лучше бы я вернулся к стриптизерам, чем снова смотрел «Маленьких женщин».
Я закинул телефон в консоль и выехал с парковки, улыбка так и держалась на губах. Черт, как же я скучал по этому: подколки от Грей, перепалки с Рен, чувство, что у меня снова есть семья.
Свернув с главной дороги, я направился к дому родителей. Не стал уточнять, дома ли они. Это было по пути в Сидар-Ридж и всего небольшой крюк в гору.
Через несколько минут я уже набирал код, и ворота открывались. Когда я припарковался перед домом, дверь распахнулась, и мама появилась на пороге.
— Какая приятная неожиданность.
Но я заметил тревогу на ее лице.
— Все в порядке. Я был недалеко на встрече и решил заехать.
Напряжение в ее чертах сменилось настоящей улыбкой:
— Я испекла вам с Рен пирог. И печенье. Они только остывают. Заходи.
— Марьонберри? — спросил я с надеждой.
— Я что, похожа на дуру?
— Определенно нет, — я наклонился, обнял ее. — А печенье какое?
— Не все же крутиться вокруг тебя, — сказала мама, ведя меня в дом. — Сникердудл.
Любимое Рен.
— За эти годы я к сникердудлу тоже прикипел.
Ее лицо смягчилось:
— Потому что ты умный мужчина.
— Холт, — позвал отец с обеденного стола, за которым он возился с пазлом. — Помоги найти этот чертов угловой кусок.
Мама вздохнула:
— Не знаю, зачем он этим занимается. Только давление себе повышает.
— Я все слышу, — отозвался отец.
— Я вовсе не шептала, — пропела мама, неся тарелку с печеньем к столу. — Есть новости от Лоусона?
Я покачал головой, потянувшись за печеньем:
— Пока нет. — Все больше начинало казаться, что нам понадобится больше улик. А это означало еще одно преступление.
Я вытащил стул напротив родителей и сел:
— Сегодня встречался с Брюсом Дженкинсом.
Кусочек пазла, который отец вертел между пальцами, замер.
— По делу или по другому поводу?
— По поводу работы в поисково-спасательной.
Мамино лицо вспыхнуло радостью, как у ребенка на Рождество:
— Ты про то, что хочешь туда пойти?
— Он сказал, что работа моя.
Отец на мгновение замолчал, и у меня неприятно заныло в груди.
— Пап?
Он смотрел на пазл:
— Не хочу, чтобы ты соглашался только потому, что я надавил на чувство вины.
— Нет, клянусь, дело не в этом. Но не буду скрывать — вы тоже часть решения. Я скучал по семье, по этому городу, по поисково-спасательной. И скучал по Рен.
В глазах матери блеснули слезы:
— А как Рен ко всему этому?
— Про работу она пока не знает, но постепенно привыкает к мысли, что я рядом.
Отец громко рассмеялся, обнимая маму и уткнувшись носом в ее шею:
— Кажется, я тоже когда-то уговаривал Керри привыкнуть ко мне.
Она шутливо шлепнула его:
— Я думала, он сплошь адреналин, да еще и плохиш. — Быстро чмокнула его. — Но я его быстро усмирила.
— Это я позволил тебе меня усмирить.
— Ну конечно, как тебе удобнее думать, — фыркнула мама.
Отец повернулся ко мне, став серьезным:
— Сын, хочу сказать, и не хочу, чтобы ты понял неправильно.
Я напрягся, а мама крепко сжала его ладонь.
— Я считал Рен дочерью с того момента, как Грей к ней прикипела, и понял, что ее родители — эгоистичные никчемные люди.
Я вцепился в край стула так, что дерево впилось в ладони:
— Я рад, что у нее есть вы.
В морщинах на его лице проступила тревога, и я невольно напрягся еще сильнее.
— В чем дело?
Отец покачал головой:
— Вы оба наконец-то получаете то, о чем всегда мечтали. Я не хочу, чтобы кто-то отнял это у вас.