– Слушайте, я понимаю, как это выглядит, – заговорила, опустив взгляд ко мху, очень уж неприятно сверлил меня глазами чернявый. Хотя внешне все трое, скажу, положа руку на сердце, были восхитительны. Громадный, прямо как я люблю: силач, с выпирающими даже через ткань мышцами. Светлые борода и усы делала его похожим на воина-русича из былин. Этакий Илья Муромец. Эльфик и так понятно, тонкий, высокий, лицо правильное, смазливое. Мрачный тоже какой-то сказочной красотой хорош. Лицо жесткое, скулы выступают, губы тонковаты, нос прямой, да и сам весь такой сухой. Волосы острижены коротко. Ему бы пиджак и улыбку снисходительную, сошел бы за директора какой фирмы многомиллионной. – Но я не понимаю, где я, – продолжала говорить своим коленкам, спрятавшимся под чужим плащом. – Еще днем я по снегу из магазина домой возвращалась. Плохо стало. Очнулась уже здесь.
Подняв глаза, увидела на лицах великана и чернявого какое-то напряжение. Эльфика рассмотреть не могла, он продолжал за плечи обнимать и дышать в ухо.
– Вы не подумайте, – поспешила их успокоить, – мне от вас ничего не нужно. Разве только мобилку, мужу набрать. Ну и покажите, пожалуйста, где ближайший город. Мне, наверное, в полицию надо.
Я замолчала. Молчали и остальные. Смотрели на меня, как на умалишенную и поджимали губы. Хоть бы успокоили, что ли. Или санитаров вызвали. В машинке с докторами до города точно приятнее добираться, чем на своих двоих. Или, если мальчики решатся все же на действия, на четырех лошадиных.
– Хм, – начал мой добрый эльфик. Почесал нос рукой, убрав ту на секунду от моего плеча. – Не хочу тебя огорчать, красавица, но здесь до ближайшей деревни три дня пути.
Я охнула, округлив рот, да так и замерла. Это ж куда меня урод закинул? В Сибирь, разве что. Так, там тоже зима должна быть.
– Ребят, – вновь заговорила, отогнав какую-то ленивую панику. – Вы мне хоть скажите, где я? До Минска далеко? А то меня немного пугает неопределенность.
Теперь хмыкнули и остальные. Илья Муромец, нахмурившись, а чернявый насмешливо, и губы как-то презрительно скривил.
– До города еще дальше, – дипломатично перевел мне эльф со вздохом. Он хотел еще что-то добавить, но не сдержался чернявый.
Впился в меня глазами, темно-карими, почти черными, – брр, словно в бездну провалилась – и жестко, отрывисто стал раскладывать по полочкам, то, к чему подготовиться было нельзя.
– Значит слушай, красавица, – почему-то от него это обращение было до дрожи неприятным, насмешливым. – До Минс-ги два лунных круга пути – это если не ногами. И хочу тебе сразу сказать, Минс-ги тебя разочарует. Потому как, нет в нем полиции, телефонов и снега. Это маленький приморский городок на самой границе Артен-ка.
– Слушай, не знаю, что я тебе сделала, – возмущенно нахмурилась, глядя на этого умника, – но не надо на мне злость срывать! Видишь же, что у человека беда. Мне помощь нужна, а не глупые шуточки.
Нет, я, конечно, слышала, что, например, в Америке есть города с похожими на наши названиями, но это уже бред какой-то. Как меня без сознания через границу перевезли. Да и ролевиков я понимала, как и они меня. Да и полиция, телефоны… не в попе мира же живут. Мозг продолжал строить иллюзии, подсказывая, что все это может быть. Ведь работорговля – до сих пор прибыльное дело. И через границу девочек спокойно перебрасывают. А лес? Ну, мало ли, потеряли, думали, что умерла… Но внутри уже волной поднималась паника. Наконец-то настоящая, прочувствованная. Все эти доводы выглядели жалко. Все происходящее было слишком странным. Если только проклятый ролевик правда не решил со мной пошутить, приняв за одну из своих. Такую же роленутую, играющую амнезичную принцессу каких-нибудь гномов.
– Не надо со мной так, не надо, – не замечая ничего вокруг, повторяла я.
Дрожь захватывала тело. Объятья эльфа становились все крепче, а голос все обеспокоеннее. Но я его не видела и не слышала. Я смотрела в абсолютно серьезные черные глаза сидящего напротив мужчины. Глаза, в которых не было и намека на смех.
Чернота захватила, закружила и поглотила мир.
Глава 2
Очнулась я с мыслью, что так часто терять сознание опасно.
Мерный писк у уха и запах дезинфектантов заставили распахнуть глаза. Перед взором поплыли черные мушки, но рассмотреть беленый потолок и противоположную стену это не помешало. У стены, грустно понурив рано лысеющую голову, сидел Миша, мой муж.
– Миша?! – позвала со слезами и удивилась, как хрипло и тихо звучит голос.
Но муж встрепенулся. Подскочил со стула и почти рухнул у кровати.
– Оля, бог мой, наконец-то, – проговорил он, словно безумец, бегая по мне взглядом.