Артист улыбнулся и, предложив мне локоть, повел в глубины ночной тьмы.
«И все же забавно, – думала я, крепко сжав мужскую руку. – За все время здесь даже не вспомнила о своей нелюбви к касаниям. Даже прижавшись к Мороку, чувствовала себя скорее счастливой, чем напряженной».
Глава 8
Утром мы все сидели в каюте Артиста и Итвана. Словно ничего не произошло, словно все вернулось вспять.
Итван первым делом осторожно прижал меня к себе, шепнув на ухо: прости – и только потом позволил занять место возле Артиста.
Попросила их собраться я. После эмоциональной встряски заснуть не получалось, и полночи я лежала, перебирая события последних… дней. В том числе то, что узнала дома.
– Давай ты все же скажешь что хотела. А уже потом будешь нырять в свои мысли, – с недовольным смешком попросил Морок, когда тишина стала давить на уши.
Я встрепенулась, бросив на него хмурый взгляд. Ну подумаешь, задумалась, мог бы и потерпеть. Все равно большую часть времени молчит ведь!
– Я кое-что узнала, – все же начала я разговор, но тут же замолчала, не понимая, с чего начать. – Я правда из другого мира, – осмелилась я.
– Да ладно? – с едкой насмешкой протянул Морок.
– Морок! – рыкнул Артист, но я покачала головой, в просьбе не мешать.
– Я переместилась туда, когда потеряла сознание.
Я рассказала мужчинам все, что видела, затем то, что было в больнице, а после самое начало, у магазина.
– Это очень-очень странно, – почесав нос, выдохнул Итван.
Морок молчал, задумчиво крутя в пальцах невесть откуда вытянутый кинжал. За его движениями он следил как-то механически, пребывая мыслями явно не здесь.
– Итван прав, – необычно серьезно проговорил Артист. – Нет, есть те, кто путешествует между мирами… в основном маги. Но все они не расстаются с телом и уж тем более не находятся в двух местах одновременно. Боюсь, это не простое, спонтанное перемещение. Это маг, причем очень сильный.
– Вспоминай, – сухо бросил Морок, вскинув на меня взгляд. Черная бездна была холодна и безэмоциональна. Смотреть в такую было просто невозможно, и я отвернулась. – Что необычного с тобой случалось в твоем мире до того, как тебе стало плохо. Скорее всего, не дальше, чем за семь дней, потом следы любых заклинаний начинают рассыпаться.
– Да, не было ничего… – начала я и осеклась.
Морок насмешливо дернул бровью, подбадривая продолжать.
А я вспоминала, как…
***
Кафешку в нашем здании закрыли на ремонт. По-хорошему, закрывать, причем в спешном порядке, нужно было вообще все здание. Но пока этого не сделали, мы отдавали всех себя работе под стук зубов и запах паленого: отопление у нас было только на бумаге, а обогреватель держать запрещалось. Именно поэтому паленым и пахло, маленький, китайский аппаратик, который можно было спрятать от проверки в сумочке, нещадно вонял, грозясь однажды спалить нас всех к той самой матери.
Ходить обедать, из-за неожиданных неудобств, приходилось на противоположную сторону улицы, в заведение, гордо именующееся ресторан. Причем ходили туда далеко не все. Основная рабочая сила нашей задыхающейся конторы женщины за пятьдесят, предпочитали брать ссобойку. Тащиться на улицу по морозу отваживались лишь некоторые. Я в том числе. После рабочего дня, уборок, стирок и прочего, сил на ссобойки не оставалось. Тем более, есть вчерашнее Миша не желал, так что готовила я ровно две порции.
Вот и в тот день я сидела у окошка, доедая комплексный обед. Было это за три дня до моего перемещения.
Как всегда блуждая в своих мыслях, я сосредоточенно глядела в окно. Никуда, просто в пространство. Поэтому и заметила мужчину, только когда он опустился напротив. Симпатичный. Точнее, нет, симпатичным я его считаю теперь, когда путешествую с тремя красавчиками. Тогда же едва не задохнулась от восторга. Узкое, правильное лицо с тонким носом. Губы чуть пухлые, но в сочетании с квадратным подбородком смотрелись неожиданно мужественно. Волосы цвета суперблонд, краски, которой пыталась залить седину свекровь. Только у него они были, по крайней мере, казались, натуральными. Гладкие и собранные в хвост. Только глаза подкачали, оказавшись пугающего снежного бледно-голубого цвета.
Счастливо улыбнувшись, он склонил голову набок поинтересовавшись:
– Что делает такое чудо в этом захолустном мирке?
Тогда я не поняла, что он имеет ввиду. Думала чокнутый любитель художественных сравнений. Поэтому и не заострила внимания.
– Обедаю, – насмешливо ответила, хитро прищурив глаза. Обычно такие любители знакомиться в ресторанах быстро отваливались после упоминания мужа.