Судя по чертежу, в следующем помещении, малой столовой, должен был стоять мраморный камин, который, разумеется, был давным-давно демонтирован. Высокие оконные проемы когда-то украшала позолоченная лепнина, сейчас же часть окон была заложена кирпичом, что делало комнату тусклой и неуютной. Но к ее величайшему удивлению, здесь чудом уцелели лепные гирлянды под самым потолком и несколько барельефов с изображением античных богов. Это несколько подняло Кларе настроение, она продолжила осмотр, переходя из комнаты в комнату, подмечая те крупицы истории, что вопреки всему дошли до наших дней.
Она уже прошла белый зал и портретную галерею и теперь стояла в бывшей буфетной, озадаченно разглядывая голые стены. По ее предположениям, где-то здесь должен был быть выход на черную лестницу. Клара даже заглянула в соседнюю комнату, чтобы проверить, не ошиблась ли, вдруг вход на лестницу находится чуть дальше, но ни в бывшей зеленой гостиной, которую в советское время разделили на три крошечные комнатушки, ни уж тем более в старом зимнем саду, не было ни одной двери, ведущей на лестницу. Клара снова вернулась в буфетную, покрутила страницу с чертежом, точнее определяя место, где должна находиться дверь, и провела рукой по шершавой стене, пытаясь отыскать хоть какой-то намек на то, что где-то там скрывается то, что она ищет.
– Что потеряла? – Андрей так незаметно оказался позади нее, что Клара вздрогнула от неожиданности.
– Вход на черную лестницу, – ответила она, недовольная тем, что ее застали врасплох.
– Можно посмотреть? – Андрей указал на план, и Клара передала ему блокнот. Он несколько секунд изучал чертеж, потом уверенно шагнул к стене и постучал.
– Вот здесь, – заключил он, делая шаг назад. – Судя по звуку, зашито оргалитом, можно попробовать вскрыть.
– Было бы недурно, – улыбнулась Клара.
– Надеюсь, там обнаружится вход в подвал.
– В подвал? – удивилась Клара.
– Да, – Андрей задумчиво ерошил волосы на затылке. – Видишь ли, странное дело, на планах, которые я получил от заказчика, есть чертежи всех этажей главного дома и хозяйственных построек, даже тех, что уже давно снесены, но нет ни намека на подземные помещения дворца. Если верить легендам, то под главным усадебным домом должна быть целая система подземных залов и ходов. Я, разумеется, не верю, что это возможно, но подвальный этаж должен быть точно.
– Да, странно. Предполагаю, что часть чертежей была утеряна, пока усадьба переходила из рук в руки.
– И за все годы, что здесь располагались различные учреждения, никто не озаботился тем, чтобы отыскать вход в подвал, – вздохнул Андрей. – Вероятно, его зачем-то заложили еще в советское время, может быть, чтобы мародеры не спускались в подземелья и не переломали себе шеи в темных катакомбах, а никто из череды владельцев не удосужился даже проверить, в каком состоянии фундамент. Хотя полномасштабной реставрации здесь никогда не было, да и ремонт, судя по всему, старались делать с минимальной затратой ресурсов. Удивительно, что вообще провели сюда коммуникации и электричество, это, пожалуй, было самым масштабным обновлением усадьбы.
– Да, только электричество работает с перебоями, горячей воды нет, а радиаторы удручающе холодны.
– Но это все можно исправить, для того мы и здесь, – Андрей весело ей подмигнул.
– Знаешь, чем больше я узнаю про этот дом, тем больше верю в его проклятье, но не в том смысле, что здесь обитает призрак покойной служанки, а в том, что место это на самом деле гиблое, и каждый новый владелец приносит усадьбе больше вреда, чем пользы.
– Сейчас появился реальный шанс снять это проклятье.
– Мы еще даже не приступили к работе, а в доме уже обнаружился труп. Чудо, если после всего этого владелец не откажется от проекта реконструкции.