– Что это? – спросила она, разглядывая небольшой темный квадрат на его ладони.
– Портативная беспроводная колонка! Была спрятана на небольшом выступе под потолком. Ты на самом деле слышала голоса, но только вот людей поблизости не было!
– Кто-то хотел меня напугать, – прошептала Клара, как будто их могли подслушать. – Но медсестра, работавшая в санатории, слово в слово пересказала то же, что слышала я сама! Как ты это объяснишь?
– Очень просто, – пожал плечами Андрей, – как я и говорил, наша встреча с ней не была случайной. Кто-то попросил ее рассказать нам историю о призраках, чтобы мы, наконец, поверили в то, что усадьба на самом деле проклята.
– Нет, погоди, – Клара замотала головой, – это невозможно! Никто не знал, что мы с тобой поедем в город!
– Отчего же? – Андрея не так просто было сбить с толку. – Накануне вечером мне позвонили из отделения почты и сказали, что на мое имя получен конверт, спросили, когда и в котором часу мне удобно будет приехать и забрать его. Так что я сам сказал, когда и во сколько буду в городе.
– Кто-то просто представился сотрудником почты. Суть в том, что подстроить якобы случайную встречу было совсем несложно.
– Да что вообще происходит в этом городе и почему нас так отчаянно хотят выпроводить из этой усадьбы?
– Выясним. Обязательно выясним.
Глава 13
Усадьба «Марфино»
– Радиус действия портативной колонки примерно десять метров, – Андрей задумчиво крутил в руках черный куб. – Значит, в тот момент, когда ты слышала голоса и плач, человек должен был находиться где-то поблизости.
Клара вздрогнула от мысли, что в ту ночь рядом с ней притаился незнакомец.
– Предполагаю, что он прятался в соседней комнате. Включил запись на телефоне, дождался, пока ты спустишься в подвал, и запер тебя там.
– И сразу после этого плач Лизаветы прекратился, – вспомнила Клара. – Значит, он ушел. Но зачем ему было это делать?
– Напугать, – предположил Андрей самый очевидный мотив. – Либо, пользуясь тем, что наша комната была пуста, он обыскал ее. Он мог видеть, что я вышел прогуляться и потом включил запись, чтобы выманить тебя. Расчет довольно простой: ты в ловушке, зовешь на помощь. Услышав твои крики, я сразу брошусь тебя спасать, а у него будет достаточно времени, чтобы незаметно скрыться.
– Но я же не кричала, – осторожно возразила Клара.
– Но и я отсутствовал дольше, чем он ожидал. Так что у него было достаточно времени, чтобы обыскать комнату.
– В этот раз он действовал осторожнее.
– Учел прошлые ошибки. Согласись, появление и призраков, и диких зверей за одну ночь слишком маловероятно. Меня беспокоит одно: довольно скоро он сообразит, что раз уж кольцо не удалось отыскать ни в библиотеке, ни в наших вещах, значит, кто-то из нас носит его постоянно при себе, и ты можешь стать для него новой мишенью.
– Ну не убьет же он меня из-за какого-то кольца, – тяжело сглотнула Клара.
– Ты сама сказала, что оно стоит баснословных денег, а люди совершали преступления и за меньшее. Если боишься, – осторожно добавил Андрей, – можешь отдать его мне.
– Нет, я справлюсь. Нужно позвонить Фаустову, чтобы он поскорее приехал и забрал кольцо.
– Согласен, но до тех пор, я могу отвезти тебя в Москву. Вдали от усадьбы тебе ничего не угрожает, преступник не знает, где тебя искать.
– Ни в коем случае! – резче, чем следовало бы ответила Клара, немного смягчившись, она добавила: – Я хотела сказать, что с тобой чувствую себя в большей безопасности, чем в одиночестве, пусть даже и в собственной квартире.
– Ладно, – Андрей хлопнул себя по коленям, – раз уж с этим мы разобрались, я, пожалуй, посижу еще немного над чертежами, пока окончательно не стемнело.
– А я займусь дневником Рихтера, – Клара достала из потайного кармана рюкзака тетрадь. – Сообщу, если найду что-нибудь интересное.
– Договорились.
Клара слышала, как за дверью Андрей шуршит бумагой, раскладывая чертежи. Уходя, он затопил печь, поэтому Клара подвинула поближе к ее теплому боку стул и, накрывшись шерстяным одеялом, принялась читать.
Некоторые страницы дневника отсырели, чернила расплылись и выцвели, но все же разобрать написанное было возможно. Основную трудность составляли витиеватый почерк и дореволюционная орфография. Клара напрягалась изо всех сил, но все же чтение продвигалось очень медленно.