– А что же муж?
– Муж подал на развод, – пожала плечами Клара. – И я, честно говоря, не сильно возражала. Наши отношения давно себя исчерпали.
– Да уж, – протянул Андрей. – А сам он чем занимается?
– Ищет себя, – усмехнулась Клара. – За время нашего брака он не работал ни дня. Говорил, что не намерен растрачивать свой талант на мелкие и незначительные проекты. Правда, насколько мне известно, он вызвался закончить мою роспись, за которую мне, как ты понимаешь, не заплатили.
– А ты не думаешь, что он мог быть как-то связан с исчезновением картины.
– Неважно, что я думаю. Месяц назад я видела его в кафе. Они сидели у окна, а я проходила мимо. Он и владелица картины. И я сомневаюсь, что они обсуждали какую-то очередную реставрацию.
– Так, может, это все было подстроено? Он выкрал картину по ее заказу, а подставили тебя. Картина была застрахована?
– Разумеется. И страховку она наверняка получила.
– Можем попросить у Фаустова контакты адвоката. Все это дело шито белыми нитками и затевалось явно с одной целью – инсценировать кражу и получить страховку. Не понимаю, почему ты не стала бороться.
– Это бы ничего не изменило, – Клара устало прикрыла глаза. – В нашей сфере слухи распространяются очень быстро, а мой бывший не из тех, кто станет держать язык за зубами, если ты понимаешь, о чем я.
Андрей стиснул зубы и процедил:
– Прекрасный во всех отношениях экземпляр.
– Знаю, – устало ответила Клара, – не представляю как могла увлечься таким человеком, да еще и выскочить за него замуж. Но, что было, то было. В следующий раз, надеюсь, буду умнее. Давай уже вернемся к дневнику Рихтера, мы и так потратили на разговор о моем бывшем непозволительно много времени.
– Тогда займемся делом. Где дневник?
Клара достала из сумки книжицу, с которой не расставалась, и затаив дыхание наблюдала за тем, как Андрей раскрывает ее на нужной странице.
Между его бровей пролегла складка, пока он вчитывался в написанные витиеватым почерком слова. Клара покусывала губу от нетерпения, ей хотелось узнать, какое событие описывает в своем дневнике Рихтер, но она не решалась прерывать Андрея, боясь, что спугнет видение.
– Прекрати это делать, – наконец раздраженно сказал он, отрываясь от чтения.
– Что? – удивленно спросила Клара.
– Ты так прожигаешь меня взглядом, что я чувствую себя виноватым за то, как медленно читаю.
– Ничего подобного!
Он скептически приподнял бровь, и Клара виновато опустила глаза.
– Извини, – тихо сказала она. – Мне просто любопытно, о чем пишет Рихтер.
– Да ничего особенного, – Андрей взъерошил волосы и потянулся. – Гулял с Лизой по саду. Ее состояние больше не вызывает опасений, но она стала задумчивой и замкнутой. Рихтер беспокоится о ее душевном состоянии и старается оберегать ее от дурных новостей и непрошеных визитеров.
– Думаешь, она что-то узнала от графини о своем муже? Или уже познакомилась с Самойловым и между ними вспыхнула искра?
– Возможно, но мы узнаем эту историю с позиции Рихтера, а ему ничего не было известно о переживаниях и мыслях супруги. В любом случае с ним она ничем не делилась, если Самойлова и рассказала ей что-то, то Лиза предпочла не обсуждать это со своим мужем.
– Интересно, любила ли она Карла или вышла за него только чтобы обеспечить свое будущее? Как мне показалось, он искренне относился к ней, но что насчет Лизы? Не скрывается ли за ее задумчивостью и замкнутостью осознание того, что она обрекла себя на жизнь с нелюбимым и горько об этом пожалела?
– Почему ты считаешь, что она не могла искренне его полюбить? – удивился Андрей.
– С его-то репутацией? – Клара выразительно округлила глаза. – Я допускаю, что она могла быть польщена тем, что на нее обратил внимание один из самых богатых людей империи, и наверняка была благодарна за то, что Рихтер обеспечил ее будущее и спас от участи приживалки при богатой вдове, но я сомневаюсь, что, зная о том, какие слухи ходят о Рихтере, она внезапно стала испытывать к нему пылкую любовь. Скорее, он бы внушал ей страх. А предсказание французской гадалки наверняка только подтвердило ее опасения – Лиза обречена. Вероятно, именно этим и объясняется ее задумчивость и молчаливость, а отнюдь не тяжелым путешествием из Петербурга в Москву. А встреча с Николаем Самойловым стала для нее роковой. У обоих был несчастливый брак, и, вероятно, они нашли утешение в объятиях друг друга.
– А потом Рихтер убил обоих. Все сходится.
– Было бы куда проще, если бы Лиза вместо спутанных и обрывочных видений явилась сама и рассказала, что произошло, и что нам со всем этим делать, – вздохнула Клара.