– И то, что они так рисковали, отправляя ее нас напугать, говорит о том, что у них был надежный план для побега.
– И кто вообще эти «они»? И что им нужно?
– Соглашаясь на эту работу, я была готова ко всему, кроме того, что настоящий призрак будет пугать меня меньше, чем люди, так старательно его изображающие.
– Фаустов сказал, что забронировал для нас два номера в гостинице, если хочешь, я тебя отвезу, а потом вернусь сюда.
– Нет, – Клара встала, – я тоже остаюсь. Мне нужна эта работа и никакие силы не заставят меня от нее отказаться.
– В таком случае, на сегодня предлагаю закончить, а завтра с утра побеседуем с нашим сторожем и попробуем выяснить, куда ведет подземный ход из его сторожки.
Андрей спал, укрывшись с головой одеялом, а Клара, как ни старалась, не могла сомкнуть глаз. Осторожно, чтобы не шуметь, она достала из-под подушки дневник и, подсвечивая себе фонариком на телефоне, принялась читать.
Лиза почти не спит. Ее что-то тревожит, но она предпочитает не делиться со мной своими мыслями. Не смею ее в этом упрекать, поскольку сам скрываю от нее тайну, которая способна разрушить жизни всех, кто мне дорог.
Никогда бы не подумал, что любовь наряду с самыми светлыми чувствами может порождать в душе человека непроглядную тьму, которая, однажды вырвавшись наружу, уничтожает на своем пути все, что когда-то было дорого. Подобно черной тягучей зловонной жиже она поглощает свет и радость, оставляя после себя безобразные гноящиеся раны.
Клара удивленно уставилась на страницу. Обычно Рихтер описывал какие-то фрагменты из жизни, свои переживания, но этот отрывок как будто не относился ни к чему конкретному, словно случившееся в реальной жизни настолько ошеломило его, что он не нашел в себе сил даже описать то, что натолкнуло его на такие размышления.
Она перевернула страницу в надежде получить больше информации, но следующая запись рассказывала о том, что Рихтеру наконец удалось добиться значимого результата в своих исследованиях, но каких именно, он не уточнял.
Клара закрыла дневник и уставилась на потрескавшийся и потемневший от сырости потолок. Слова Рихтера о том, что любовь способна всколыхнуть в душе человека самые темные и низкие порывы не шли у нее из головы. Говорил ли он это о себе или имел в виду кого-то еще? Что могло заставить его написать эти слова? Имело ли это какое-то отношение к его супруге? Ее настораживало то, что двести лет назад события разворачивались слишком стремительно. По всему выходило, что Лиза и Николай начали отношения вскоре после ее приезда в Марфино. Возможно ли такое? И как граф Самойлов так легко мог предать многолетнюю дружбу, увлекшись супругой Рихтера, с которой только познакомился? Все это было странно и не укладывалось в голове. Версия с местью любовникам была вполне вероятной, но Клару смущало, что с момента приезда до трагической развязки прошло слишком мало времени. Всего несколько месяцев, если она правильно посчитала.
Она перевернулась набок и с удивлением заметила, что Андрей не спит, а внимательно за ней наблюдает.
– Мне казалось, мы договаривались как следует отдохнуть, – насмешливо сказал он, кивком указывая на прижатый к груди Клары дневник.
– Я честно пыталась, но так и не смогла уснуть. – Клара потерла покрасневшие глаза. – Что-то в этой истории не сходится
– У тебя больше не было видений?
– Нет, – нехотя подтвердила Клара.
– Значит Елизавета получила то, чего хотела. Если хочешь, можем съездить в город и узнать, готов ли уже отчет судмедэксперта по найденным нами останкам, и тогда получим ответ на последний вопрос: как она погибла.
– Думаешь, они так легко поделятся с нами информацией? – с сомнением спросила Клара.
– С нами – нет, но Фаустов наверняка что-нибудь придумает.
Утро выдалось серым и промозглым. Несмотря на теплый свитер и куртку, Клара все равно дрожала. Ей уже стало казаться, что она никогда не сможет согреться, и холод старинной усадьбы останется с ней на всю жизнь.
На крыльце она заметила Василича. Тот, закутавшись в старую рваную куртку, курил на крыльце папиросу. Клара поморщилась, почувствовав запах дешевого табака.
Завидев их, сторож нехотя кивнул, и, загасив окурок о дверной косяк, развернулся и скрылся во флигеле. Спиной Клара чувствовала, что он наблюдает за ними сквозь мутные окна своего обиталища.
– Никак не могу понять его роль в происходящем здесь, – защелкивая ремень безопасности сказала Клара.
– Разберемся, – Андрей завел двигатель и ввел в навигаторе адрес городской больницы, где также располагалось отделение судебно-медицинской экспертизы.