Время изводит меня и этому обеду оказался безмерно рад. Естественно, мы не останемся в этих стенах, так что пришлось сделать несколько звонков, чтобы все подготовили для нас.
Буквально сбежал на первый этаж и стал высматривать Риту, которая неспешно спускалась прямо ко мне. Кажется, она за это время стала ещё прекраснее.
Помахал девочке рукой, и она застенчиво улыбнулась. Да малыш, я знаю, что первый парень для тебя. Ты никогда не пожалеешь о наших отношениях.
Рита подошла и не сводит нежный взгляд с моих губ. Я знаю, что она ждёт слов, но не могу не прикоснуться к этому хрупкому созданию. Целомудренно касаюсь нежных губ и наблюдаю, как ее щеки покрываются румянцем.
— Пойдем, — беру за бархатную ручку и тяну к выходу.
В дверях ловлю странное ощущение и оборачиваюсь назад, чтобы увидеть сверлящий меня взгляд. Сразу сталкиваюсь с братом Риты. Он явно недоволен происходящим, но мне плевать. Уже ничто не может меня остановить. Эта девочка моя и никто между нами не встанет. Улыбаюсь на суровый взор и выхожу на улицу, вытягивая за собой Риту.
Помог сесть в машину и не удержался, когда застегивал ремень безопасности, вновь украл нежный поцелуй.
Я долго думал, куда отвести Риту, так что мы ехали в лес, где когда-то давно гулял с отцом.
Чувствую на себе взгляд, который девочка бросает украдкой. Изучает, привыкает, все так как должно быть. Она мне кажется маленьким котёнком, который ещё потерян в этом мире и ищет свой угол в нем. Но что-то мне подсказывает, что я ошибаюсь.
Припарковался и посмотрел на оглядывающуюся девочку. Глазки испуганы, грудь часто поднимается под белой блузкой, ручки сжимают лямки рюкзака. Взял нежно подбородок и привлек к себе внимание.
— Пикник, — как можно чётче произнес и снисходительно улыбнулся.
Рита кивнула и явно расслабилась. Выйдя из машины, я взял трусишку за руку, переплел наши пальцы и повел по тропе. Хорошо, что малышка обута в балетки, хотя я бы не отказался нести, вдыхая по пути ее запах сирени, что отпечатался в моей голове. Уже через десять минут мое желание было исполнено, так как девочка стала спотыкаться через корни вековых деревьев.
Она робко обвила меня руками, пытаясь смотреть вперёд. Это чистой воды кайф, быть настолько близко к ней. В голове проносится бесконечное число мыслей, как мячики на теннисном корте, но поймать определенную невозможно.
Донес девочку до самого утеса, на котором растет одно единственное дерево, что своими кронами укрывает почти всю поляну. Под ним уже накрыта скатерть. Вокруг немного ветрено и на небе бушуют облака. Но лёгкая непогодица меня не расстраивает, потому что я прижимаю Риту, которая покорно ждёт, когда я ее отпущу.
Расположив на клетчатом покрывале хрупкое и такое манящее тело, открыл подготовленную для нас корзину и стал доставать еду. Рита сидела тихо, наблюдая за моими действиями. Мне не привычно в тишине, но она не напрягала.
Спустя полчаса я решил, что нам пора узнать друг друга поближе. Достал необходимые вещи из рюкзака и сел позади девочки, обняв и прижав ее к своей груди.
Рядом с ней мне становиться жарко, а мысли туманятся от одного вдоха ее аромата. Зарылся лицом в шоколадные волосы и не мог насладиться этим моментом. Мало. Мне всего мало рядом с ней. Как такое могло со мной произойти?
Рита не сопротивляется, позволяя мне обвить ее руками. Расположил тетрадь на ее коленках и стал писать все, что мне интересно о ней знать.
Так я узнал немного о том, что в возрасте шести лет она переболела менингитом, который дал осложнение на слух. С тех пор не слышит этот мир. Конечно, память шестилетней девочки этого не запомнила, но ей порой кажется, что во сне она слышит. Так же узнал о потери отца, и о том, что мама и сестра под крылом заботливого дяди. И не смотря на некоторые недуги, они счастливы.
Мне хотелось все о ней знать и, несмотря на языковой барьер у нас хорошо получалось делиться своей жизнью. Пока она писала, я чувствовал, как в некоторые моменты девочка замирала, а затем торопилась написать свои мысли. Так хорошо, мне ещё не было.
Рита мечтала о театральной жизни, но понимала, что ей не достичь в этом ремесле желаемого уровня. Так она играла немые сцены и с ребятами учили маленьких детей пантомиме. В ее окружение много знакомых с такими же или похожими проблемами.
Для меня открывалась дверь в мир, о котором не то чтобы не знал, а просто не интересовался и не задумывался. Она безвозвратно что-то меняла во мне и мне это нравилось.