После этих слов он обернулся к проходящему мимо актёру Игорю Пенкину, исполняющему роль Лопахина.
– Игорь, дорогой, ты сегодня явно пережимаешь. Расслабься, а то от твоего Лопахина просто веет агрессией.
Елена Павловна вздохнула. «Мне тоже необходимо расслабиться, а то от этих мыслей я не могу собраться. Нельзя ставить под угрозу премьеру», – подумала она.
Другие актёры, воспользовавшись возможностью передохнуть, тоже собрались в буфете, чтобы утолить жажду перед продолжением репетиции. Они шумно переговаривались, попивая кто минеральную воду из пластиковых бутылок, кто кофе из белоснежных фарфоровых чашек. Кирилл Баринов, играющий Петю Трофимова, как всегда при удобном случае постарался выдвинуться на первый план.
– Ярослав Сергеевич, а как я сегодня? – спросил он, весь переполняемый осознанием собственной значимости. – Заметили, я решил добавить немного трагической интонации, которая будто бы предвестник грядущей драмы в жизни героев?
Молодого актёра просто распирали творческие амбиции, которые, по его мнению, пока что плохо реализовывались в заштатном провинциальном театре.
– А ты не мудри, мой друг. Как говорится, уж лучше не доигрывать, чем переигрывать, – осадил его Гранин.
Молодой актёр сжал губы от огорчения, его лицо просто передёрнулось от внутреннего недовольства. Сам себе он прочил звёздную карьеру, которая пока что не могла воплотиться в жизнь на провинциальных подмостках, и нелестная оценка режиссёра больно ранила его творческую душу. – «Надо валить из этого городишки. Здесь никогда не дадут реализоваться настоящему таланту», – подумал он. Но, видимо, время для отъезда ещё не пришло, поэтому ему пришлось сосредоточиться на своей роли.
Через пару минут Гранин поднялся и пригласил актёров на сцену продолжить репетицию. Все постарались оставить на потом свои личные проблемы и эмоции, и дружно включиться в рабочий процесс.
Тамара Андреевна заехала в ворота реабилитационного центра на своём новеньком блестящем автомобиле. Она небрежно махнула рукой охраннику, и стремительно двинулась через двор.
– Где он? – спросила она у попавшейся ей навстречу женщины.
– У себя, – ответила та, робко отшатнувшись от вновь прибывшей начальницы.
Тамара Андреевна ринулась к стоящему в глубине крепкому зданию и резко толкнула дверь, входя без стука.
– Здравствуй, Учитель, – сказала она поднявшемуся ей навстречу мужчине, уже успевшему облачиться в простую льняную рубаху.
– Здравствуй, Тамара, – ответил он, сделав пару шагов вперёд.
– Давно приехал? – задала вопрос женщина, внимательно вглядываясь в лицо Учителя.
– Недавно. Поздно получилось освободиться. Ну, ничего, сейчас приступим к вечернему ритуалу, всё успеем.
– Успеем, – повторила она за ним фразу, явно думая о чём-то своём. Затем лицо её стремительно налилось краской гнева. – Ты что же здесь мне устроил с этой новенькой девицей? – вдруг задала она вопрос изменившимся голосом, – Что это вдруг за секс-рабство ты мне тут развёл, похотливый сукин сын?
– Ничего такого не было, Тамара, – ответил мужчина, начав нервно расхаживать по комнате, – Просто хотел проверить, как механизмы воздействия работают.
– Проверил? – спросила женщина, сверля собеседника уничижающим взглядом. – К чёртовой матери тебя вместе с твоими механизмами! Мне абсолютно наплевать, работают они у тебя или нет, – прокричала она, явно имея в виду не гипноз.
– Да я сам не понимаю, как так получилось, что она вдруг вышла из состояния транса и верещать начала. Орала, как резаная. Пришлось её в сарае запереть.
– Она там так и сидит?– спросила Тамара, хмуря красиво очерченные брови.
– Ну да. А что же с ней делать прикажешь? Нам скандалы не нужны. Обогреватель туда поставили для неё, чтобы не околела раньше времени.
– Скандалы ему не нужны, – иронично заметила женщина, – Да просто она девственница, я в больнице узнала. Вот у неё защитный механизм, видимо, и сработал в ответ на твои поползновения. Нашёл время и место для своих половых трудностей! Она сделала ещё несколько нервных шагов по комнате и присела. – Ладно, с нею всё решено, – неожиданно сменила тон Тамара, небрежно махнув рукой, – доверенность она на меня оформила. Одинокая депрессивная девица, типа, наглоталась таблеток, да и всё. Никто особо разбираться не станет.
– Ну что ж. действуй, как считаешь нужным,– ответил мужчина, брезгливо поморщившись.