– Ну, звучит всё вполне логично. Только по-прежнему на уровне домыслов. С такими умозаключениями нас никто и слушать не станет. Ну, были они любовниками, ну и что? Это вовсе не доказывает, что Сергей Селиванов причастен к её смерти.
– Господи, неужели мы ничего не сможем доказать, и Лерино убийство сойдёт ему с рук? – я просто задохнулась от боли и возмущения.
– Сейчас нам ничего не остаётся, кроме как ждать, – сказал Саша.
– Чего ждать? – спросила я немного громче, чем следовало от переполняющего меня праведного гнева.
– У Селиванова-старшего остались большие связи в полиции. Не мудрено, он столько лет отработал в Управлении, а последние годы перед увольнением даже возглавлял его, – Саша задумался, – наверняка, держал дело Леры на контроле, незаметно собирая информацию у бывших сослуживцев. Так что, скорее всего, он уже в курсе, что я рассматриваю убийство Леры, как не связанное с серией и уже предлагал вывести его в отдельное производство.
– Думаешь, он в курсе, что мы знаем о том, что Леру убил не Чулочник? – спросила я, чувствуя, как мурашки побежали по моей коже.
– Думаю, да. Общение в неформальной обстановке с бывшими сослуживцами, совместные застолья с возлияниями, – Саша развёл руками. – такому профессионалу, как Селиванову, ничего не стоит перевести разговор в нужное русло и выведать необходимую информацию.
– Ну, допустим, – неохотно согласилась я, – и что дальше?
– А дальше, он может задёргаться, испугавшись, что под него копают и совершить какую-то ошибку, Какой бы он ни был профессионал. Но всё равно живой человек, и ничего человеческое ему не чуждо.
– И что тогда? – спросила я, широко открыв глаза.
– Возможно, он сам себя чем-то выдаст, – сделал заключение Саша.
Я молча допивала кофе, обдумывая всё сказанное.
– Кстати, по поводу того субъекта, которого ты встретила на ужине у родителей, – сменил тему Саша.
– Эрика Шанцева? – уточнила я.
– Да. Я пробил его по своим каналам. Он действительно родом из нашего города, мать его до сих пор живёт здесь, на улице Пушкина, в нескольких метрах от места, где произошло последнее нападение Чулочника.
– Продолжай, – заинтересованно подбодрила я его.
– Информация о том, что сам Шанцев был в это время в городе, тоже подтверждается.
– Ну, как видно, он и не скрывал этого. Во всяком случае, поделился информацией с Тамарой Павловной, – прокомментировала я.
– Конечно. Интересно другое. В студенческие годы после одной из весёлых вечеринок в актёрском общежитии, он совершил нападение на женщину из их же компании, которую взялся проводить до дома. Приставал к ней, вёл себя агрессивно, – Саша сделал небольшую паузу и продолжил, – На попытку изнасилования данная история не потянула. Скорее, на пьяный дебош. Вскоре стороны уладили конфликт и потерпевшая забрала заявление. Но, – он посмотрел на меня внимательно и даже приподнял палех вверх, -после пережитого потрясения Шанцев несколько месяцев наблюдался в городской психиатрической лечебнице.
– Таким образом, если сложить всю информацию вместе, перед нами готовый психологический портрет психически неуравновешенного субъекта со склонностью к агрессии в отношении женщин, – попытался подвести итог он.
– Интересно, – задумалась я.– получается, с возрастом подавляемая агрессия могла вылиться в маниакальное желание убивать?
– Об этом лучше спросить у профессионального психолога. Одно ясно, что Шанцев достойный объект для наблюдения в связи с делом Чулочника, – закончил свою мысль Саша.
Мы попрощались, пообещав, что будем держать друг друга в курсе, если появятся новости.
Ольга Ларченко подошла к коттеджу со стороны небольшой тропинки, ведущей в лес. Она открыла дверь своим ключом и затащила тяжёлые пакеты с продуктами.
Пройдя через просторный холл, она негромко позвала
– Петя, ты дома?
Ответа не последовало. Ну конечно, она так и ожидало. Машины во дворе ещё нет.
«Ну и хорошо», – подумала она про себя, – успею ужин приготовить. Надо курицу запечь в духовке, с чесноком и с сыром, как Петя любит.
Она прошла на кухню, по-хозяйски включила духовку и начала раскладывать продукты.
Она чувствовала себя здесь почти как дома.
Слово «почти» было применимо к её положению, поскольку дух предыдущей женщины ещё незримо витал в воздухе. Хозяйки, которая и хозяйством-то, по сути, не занималась, а прожила здесь несколько месяцев на правах королевы. Для неё Петя был сам готов встать к плите или заказывал еду в лучших ресторанах города.