Они вышли в основной подвал, и Лео с глухим стуком, приложив некоторое усилие, закрыл потайную дверь. Щелчок замка прозвучал оглушительно громко в давящей тишине, словна окончательная, бесповоротная черта, подведенная под той главой их жизни, где неведомое было просто теорией.
Теперь они стояли друг напротив друга в сыром полумраке подвала виллы «Рассветный Туман». Лео сжимал в руке дневник, и в этом жесте было нечто большее, чем просто удержание предмета — это была хватка сообщника, взявшего на себя часть общей ноши. Они больше не были просто соседями, случайно столкнувшимися в коридоре. Отныне их связывала общая, страшная тайна, необъяснимая и невыразимая для кого бы то ни было извне.
Не проронив ни слова, они развернулись и начали подниматься по деревянной лестнице наверх. И в этом молчании, в такт их шагам, звучало тяжелое, окончательное осознание: их жизнь теперь навсегда разделилась на «до» и «после». Дверь в привычный, понятный мир захлопнулась у них за спиной. Точка невозврата была пройдена.