Все остальное, впрочем, было полностью обнажено. Никаких колготок на ногах. Розовые ступни. Обнаженные руки. Наверное, лучше не опускать взгляд ниже ее подбородка!
Но и созерцание «верха» не приносило желанного успокоения. Волосы ее были небрежно стянуты в игривый конский хвостик. В ушах, как бы поддразнивая, болтались длинные темно-красные серьги под цвет губ. А пряный аромат ее духов способен был возбудить даже фанатичного монаха.
Франц встал и с радушной улыбкой шагнул навстречу гостю.
— Салют, Петер! — Он крепко стиснул ему руку. — Илона уже мне все рассказала. Рад, что «Альпийская фиалка» пришлась вам по вкусу. Уверен, вы не разочаруетесь.
— Нет, конечно, нет.
— В таком случае мы сможем завтра же возобновить ремонтные работы, а недели через три сдать коттедж под ключ. Разумеется, если вы не намерены кардинально менять планировку дома…
— Думаю, если поправки и будут, то весьма незначительные. Признаюсь, я не совсем разобрался в плане, который вы мне показывали. — И неудивительно, добавил он про себя. Тогда в голове у господина Адлера были совсем другие планы. — Теперь, — продолжил он, — когда я посмотрел дом, мне, наверное, удастся что-нибудь понять и в чертежах. Давайте завтра встретимся в вашем офисе, и я еще раз внимательностью изучу проект.
— Прекрасно! — Франц просто сиял. — Как только строительные работы будут закончены, Илона сможет заняться интерьером.
— Я готова… — Она бросила многозначительный взгляд на Петера и по выражению его лица догадалась, что ее легкомысленный наряд не оставил его равнодушным. — Мне понадобится еще недельки две-три, — продолжила она оживленно. — Малярные работы, подключение электричества, покрытие полов, — все это я беру под свой контроль. Но главное, конечно же, мебель. Если чего-то не окажется на складе, придется заказать. Но, Петер, вы можете быть спокойны, — с поставщиками, которые нарушают сроки, мы не работаем. Так что через шесть недель, считая со следующего понедельника, готовьтесь к новоселью.
— Это меня устраивает, — одобрил Петер.
— Чего Илона терпеть не может, так это медлительности, — ехидно заметил Франц.
Она недовольно поморщилась.
— Мы сделаем все, что в наших силах, — теперь в ее голосе звучала непривычная твердость. — Но в случае непредвиденных ситуаций, — например, если поставщики подведут, — не рассчитывайте на штрафные санкции. Сроки и так предельно жесткие.
— Это вполне справедливо, — согласился Петер, глядя на собеседницу с нескрываемым уважением. Он как-то упустил из виду ее профессионализм и деловой склад ума.
Впрочем, тут он не был оригинален. Многие мужчины, стоило их гормонам взять верх над разумом, тут же напрочь забывали, с кем имеют дело.
Сама Илона надеялась, что никогда не совершит подобной глупости, хотя в данном случае уже не была в этом абсолютно уверена.
Нет, уж она-то никогда не забудет, что за человек Петер. Похоже, он мало чем отличается от других мужчин, с которыми сводила ее судьба. Достаточно одного взгляда на это надменное, тяжеловатое лицо, словно сошедшее с какой-нибудь старинной германской монеты…
Но, к сожалению, именно в этот момент ее и охватило разрушающее чувство сексуального влечения! Тлеющий где-то внутри слабенький огонек вдруг ярко вспыхнул, разгораясь в большой костер и охватывая пламенем все ее тело. И что самое ужасное — пожар страсти постепенно добирался до чувств…
Илона вынуждена была признаться, что ей становится все труднее и труднее сохранять благоразумие в присутствии этого человека. Неужели дело зашло так далеко? Но ей уже под тридцать, и она не может позволить мужчине приручить себя, какие бы чудеса он ни вытворял своими губами! Ведь это он ее жертва, а не наоборот!
— Франц, будь любезен, открой бутылку сухого вина и налей нам по бокальчику. — Ее холодный уверенный голос говорил о твердой решимости. — И пройдите в гостиную, поболтайте или посмотрите телевизор, пока я буду сервировать стол.
— Хорошо. Что вы предпочитаете, Петер, пиво или «рислинг»?
— «Рислинг». Как-никак он из монастырских подвалов.
— Ну, а я не слишком-то религиозен. Предпочитаю пиво. Вино оставляю для вас с Илоной.
— По бутылке на каждого?
Петер был несколько шокирован. Конечно, время от времени он позволял себе бокал пива или вина за ужином, однако переговоры с деловыми партнерами и потенциальными клиентами всегда предпочитал вести на трезвую голову.