— Наверное, в тот самый, когда мы с тобой дали друг другу брачные клятвы у алтаря, — предположила я, сходя с ума под его ласками.
— Нет, — возразил мой муж, посмеиваясь мне в шею. — Он ведь обнимал тебя после нашего свадебного путешествия. Думаю, что знаю, когда он все понял. Это произошло в конце нашего медового месяца, вот на этой самой стойке, помнишь?
Я не сдержала смеха, вспомнив тот случай. Да уж, тогда папа, однозначно, понял, что я — больше не маленькая девочка, а взрослая замужняя женщина. Теперь понятно, почему он старается меня не касаться. Я бы, наверное, тоже так себя вела, застукав свою дочь за занятием любовью в столь необычном месте. Но это было так здорово!
— Конечно, помню! — выдохнула я, теснее прижимаясь к мужу. — Ты прав. Если вспомнить папины глаза, когда мы, наконец, выглянули в гостиную…
Мы снова тихонько рассмеялись, а я воскресила в памяти все случаи, когда мы занимались любовью в необычных местах. На полу, на диване, в кресле, на рабочем столе, на лестнице, в озере (вскоре после медового месяца мы вдвоем выбрались туда), на подоконнике, и еще в куче мест. И везде это было прекрасно! Тем не менее, ничего такого у нас нет уже очень давно. Мы занимаемся любовью только в постели, хоть и это мне тоже безумно нравится. Я не жалуюсь, но, наверное, Макси где-то прав. Мы, действительно, постепенно превращаемся в зануд. А я этого не хочу. И, судя по эрекции мужа, упирающейся мне в бедро, он тоже не хочет. Есть идея!
— Как ты смотришь на то, — хрипло произнесла я, чтобы ночью немного порезвиться в ванной? Там ведь тоже звукоизоляция, правда?
Федерико вдруг развернул меня лицом к себе и горячо поцеловал в губы. Ах! Как я его люблю! Как я его хочу! В постели или где-то еще — неважно. Главное, чтобы только с ним!
— Надеялся, что ты это скажешь! — выпалил мой муж, отстранившись. — Я пойду, уложу детей. А ты, когда закончишь с посудой, жди меня в спальне. Я скоро!
Комментарий к Глава 39
Итак, зайки, что думаете? Простит ли Макси свою жену? А вы считаете поцелуй изменой? А еще, поведение Германа забавно, не правда ли?))) Ответы пишите в комментариях.))) Люблю вас!)))
========== Глава 40 ==========
Убрав посуду, я поднялась наверх. Из комнаты мальчиков доносились веселые голоса, но я понимала, что сегодня Федерико хочет сам уложить детей, поскольку вчера в этом не участвовал. Надо сказать, впервые со дня рождения Луиса. Я прошла в нашу спальню, торопливо задернула шторы и смыла косметику. Тело сводило в предвкушении. У нас уже больше шести лет не было подобной эксцентрики. Мы не занимались любовью нигде, кроме постели, с того дня, как узнали о моей первой беременности. Наверное, повзрослели, осознали ответственность родительских обязанностей. А сейчас нам почему-то снова захотелось этого экстрима. Наверное, потому, что нас возмутило замечание Макси. Вовсе мы не правильные! Так кажется только со стороны! В плане интима, у нас все далеко не правильно! Но нам это нравится.
Когда я собиралась переодеваться, мне на ум пришла довольно развратная мысль. Очень захотелось сделать мужу приятное. Не просто ответить на его ласки и раздвинуть ноги. Нет. Я хотела сама проявить инициативу. И, кажется, даже придумала, как. Когда Федерико вошел в нашу спальню, его взору предстала такая картина: я стояла возле кровати, с пультом от стереосистемы в руке, и соблазнительно кусала губы. Косметика с моего лица уже была смыта, а волосы — распущены. К тому же, я переоделась в самый короткий пеньюар, который пока прикрывал халатик. Щелкнул замок, и я нажала на кнопку. Помещение заполнили приятные нежные звуки. Нужную композицию я выбрала заранее. Именно она сейчас и была нужна. Это была та самая песня, под которую мы танцевали на нашей свадьбе свой традиционный первый танец. Итак, соблазнительно покачивая бедрами, я приблизилась к мужу. Его глаза мгновенно потемнели, а руки потянулись навстречу, чтобы принять меня в объятия. Мое тело задрожало от предвкушения, просясь в эти самые объятия, да и сама отчаянно желала прикоснуться к мужу. И непременно это сделаю. Но не сейчас. Не дойдя до желанных рук, где-то полшага, я с трудом заставил себя остановиться. Все внутри протестовало, но я знала, что это ненадолго. Если все пойдет хорошо, то одним объятием дело не ограничится.
— Потанцуйте со мной, сеньор Дельяно! — негромко попросила я.
Губы моего мужа растянулись в соблазнительной улыбке, а затем, он сказал:
— С удовольствием, сеньора Дельяно!
Тогда только я потянула за пояс халата, открыв взору мужа откровенный пеньюар. Федерико ахнул и, очевидно, не сумев себя сдержать, сам сократил между нами расстояние, крепко обхватив меня за талию. Халатик полетел куда-то в сторону, и мы закружились по комнате. Прильнув к любимому человеку всем телом, я ощутила, как он хочет меня, да и сама его хотела. Но пока рано. Сегодня мне хотелось делать все неторопливо, постепенно возбуждая мужа и доводя до исступления. В танце мы двигались синхронно, как единое целое. Контакт между телами не прерывался ни на секунду, что возбуждало еще сильнее. Как магниты, улавливая малейшее движение друг друга, мы мгновенно подстраивались под него. Забавно, как люди могут подходить друг другу. Мое тело как будто было создано для тела Федерико, а души и сердца наши не могли существовать раздельно. Мы — две половинки целого. Во всех смыслах. Огонь музыки захватил нас, но это уже был не просто танец. Мы оба просили большего. Больше всего мне хотелось упасть вместе с мужем на пол и прямо там заняться страстной любовью. Но нет. Вначале, я хотела, как следует, помучить его. Хотела довести его до пика желания. Хотела, чтобы он сгорал от желания и умолял позволить войти в меня!
— Пойдем в ванную! — хрипло произнес мой муж.
Затем, его губы внезапно захватили мочку моего уха и легонько потянули. Я не сдержала стона. От шеи вниз прошла волна электричества, что, в сочетании с уже пылающим огнем, было чем-то невероятным. И я гордилась собой, потому что сумела подавить импульс послушаться немедленно. Господи, теперь я понимала, как тяжело моему мужу было растягивать прелюдии, чтобы возбудить меня сильнее! Понимала и восхищалась его выдержкой!
— Погоди, милый, — выдохнула я. — Еще не время. Сегодня я хочу довести тебя до исступления!
— Хитрюга! — рассмеялся Федерико. — Вот, погоди, я тебе отомщу!
— О, горе мне! — рассмеялась в ответ я и соблазнительно потерлась бедрами о его эрекцию.
С губ моего мужа сорвался стон, а руки его автоматически притянули меня ближе. И тогда я решила: пора: Та моя рука, что лежала на плече Федерико, скользнула вниз, к его груди. Я была так заведена, что даже не сразу смогла расстегнуть пуговицу на рубашке. Остальные поддавались уже легче. Я целовала освобождавшиеся участки его разгоряченной плоти. Грудь моего мужа вздымалась, а сердце под моими пальцами колотилось, как сумасшедшее. У меня тоже стучало в висках от желания, а кровь кипела, сосредоточив свой огонь внизу живота.
Наконец, рубашка Федерико полетела на пол, а я провела дорожку поцелуев от груди мужа вверх, по шее.
— Вилу! — простонал он. — Ох! Вилу! Джинсы!
Поняв мужа с полуслова, я опустила вниз обе руки и взялась за его ремень, чтобы освободить возбуждение, которому явно было тесно. Ремень, пуговица и молния поддавались томительно медленно. Наконец, член Федерико вырвался на свободу, натянув ткань боксеров. Не удержавшись, я, прямо через последнюю деталь одежды, обхватила горячий твердый орган. Мой муж застонал. Это придало решимости, поэтому я сжала член крепче.
— О, господи, Вилу! Пожалуйста!
— Что — пожалуйста? — коварно спросила я.
Вот то, к чему я стремилась! Он просил! Просил, чтобы я прекратила эту сладкую пытку!
— Пожалуйста! — взмолился мой муж. — Позволь мне… оказаться внутри тебя!
Все. У меня больше не было сил терпеть. Я до конца сняла с Федерико джинсы и снова прильнула к нему. А он вдруг снова впился мне в губы! Ах! Поцелуй был, как катализатор для без того быстрой химической реакции. Еще мгновение — и я не выдержу! О, эти мягкие губы! О, этот сладкий язык, способный дарить невероятные ощущения! Наконец, подхватив меня на руки, Федерико пришел в ванную.