— Где ты хочешь? — спросил он, покрывая поцелуями мою шею.
— Здесь, — простонала я, указав на душевую. — Раздень меня скорее!
— С удовольствием! — воскликнул мой муж.
Он проложил дорожку поцелуев от шеи к плечам (опустив бретельки пеньюара) и ниже, к груди. Ах! Его губы и язык осторожно подразнили каждый сосок! Пеньюар растекся атласной лужей у меня под ногами, и я, наконец, ощутила всем телом грудь и торс мужа. О, как я его волновала! Интересно, а он чувствовал, насколько волновал меня? Очень захотелось ему это показать. Последние детали одежды упали на пол, но прежде, чем ступить в душевую, я взяла руку мужа и положила на свою промежность, шепча:
— Смотри, что ты со мной делаешь! И это — только твое!
— А вот это, — выдохнул Федерико, прижав свое возбуждение к моему бедру, — только твое, родная! Ты — моя, а я — твой! Навсегда!
— Я люблю тебя! — сорвалось с моих губ. — Очень люблю!
— И я тебя люблю, мое счастье!
Мы снова слились в страстном поцелуе, а через мгновение, вошли в душевую, не прекращая ласкать друг друга. Федерико включил воду и зачем-то бросил на пол резиновый коврик. А, неважно! Нам так хорошо было целоваться под теплыми струями!
— Боже! — выдохнула я в перерыве. — Двигайся, а то я с ума сойду!
— Кто я такой, чтобы отказывать любимой жене? — произнес мой муж, обхватив меня за бедра.
Поняв, чего он хочет, я закинула ноги ему на талию. Шеей я ощущала горячие поцелуи мужа, телом — его возбужденное тело, а спиной — холодное стекло. Все это вместе образовывало такой букет, что от страсти я почти потеряла сознание, когда Федерико плавно скользнул внутрь меня. Мы были так возбуждены, что застонали одновременно. Наконец-то! Наконец-то он внутри! Я инстинктивно потянулась бедрами навстречу, желая более глубоких вторжений, и мы начали двигаться, постепенно ловя общий ритм. Еще быстрее, глубже! Я почувствовала приближение кульминации и застонала еще громче, предвкушая волну восхитительного экстаза. Даже вода казалась холодной для наших горящих тел. Но что это? На пороге кульминации Федерико вдруг остановился. И я чувствовала, что он тоже был близко к краю. Нам оставалось сделать еще одно-два движения — и нас накрыло бы потрясающей волной! Протестующе застонав, я попыталась двинуться навстречу мужу, но тот увернулся и хрипло сказал:
— Погоди, любовь моя! Я хочу, чтобы тебе было так хорошо, как ты того заслуживаешь!
С этими словами, он вдруг отстранил меня от стены и, не сбрасывая с бедер моих ног, лег на живот, уложив меня под себя. Вода текла нам на головы, но мы не обращали на нее внимания. Секунда — и Федерико снова оказался внутри меня. Мы как будто начали заново. Медленно и слабо, затем, сильнее и быстрее. О, боже, как прекрасно! С губ моих срывались стоны наслаждения, а пальцы зарылись в волосах мужа. Но, снова почти дойдя до края, Федерико вышел из меня и не дал насадиться обратно.
— Еще? — задыхаясь, спросила я.
Не ответив, мой муж сначала сел на корточки, а потом вытянул ноги так, что я оказалась на нем. Новое вторжение — и снова удовольствие! Теперь глубже, быстрее, сильнее! Господи, я была так счастлива! Страстные вторжения почти заставляли меня летать! А, поскольку сверху оказалась я, то смело насаживалась все глубже. О, как прекрасно! И вот, пришла долгожданная кульминация. Нас обоих с головой накрыл сокрушительный экстаз. Как будто мы отдувались за два неоконченных акта. Но, если так, то я согласна и на пять, и на десять! Выкрикнув имена друг друга, мы вместе застонали, а в меня хлынуло семя. В глазах запрыгали звездочки, а тело как будто взлетело. Федерико, а буквальном смысле, вознес меня ввысь…
Комментарий к Глава 40
Извините за задержку, у меня тут жесткая нехватка времени!))) Простите, зайчики!))) Люблю вас!)))
========== Глава 41 ==========
Несколько минут мы лежали, молча. Я уткнулась носом в шею мужа, пытаясь восстановить дыхание. Как всегда, тело охватила сладкая истома, а всякое желание двигаться пропало. Впрочем, скорее всего, это придется сделать. Не спать же в душевой, под струями воды.
— Я люблю тебя, моя родная! — сказал Федерико, все еще тяжело дыша. — Я так тебя люблю!
— И я очень люблю тебя! — шепнула я, приподнявшись и заглянув ему в глаза.
Тот осторожно покрыл мои губы чредой легких, как прикосновение бабочки, поцелуев. Очень успокаивающий жест. Мое дыхание начало выравниваться, и я положила голову на плечо Федерико. Душ все еще работал, поливая нас теплыми струями, но это было не так важно.
— Устала? — шепотом спросил Федерико, нежно погладив мою спину.
— Немного, — призналась я.
— Совсем я тебя замучил, — констатировал мой муж.
— Может быть, — томно улыбнулась я. — Но такие мучения мне очень даже понравились.
— Понравились? — рассмеялся Федерико. — Ну, погоди у меня до следующего раза!
— Буду с нетерпением ждать! — тоже рассмеялась я. — А как тебе танец? Понравился?
— Еще как, понравился, родная! Я уж думал, не дотерплю до ванной!
— Мне тоже казалось, что я взорвусь раньше! В следующий раз, будем затевать игры где-нибудь поближе. Например, на столике.
— Извращенка!
— Может быть. Зато твоя извращенка!
— Только моя! — выдохнул Федерико, перестав смеяться.
Его губы снова нежно коснулись моих, а руки принялись вычерчивать какие-то символы на спине.
— Как насчет того, — прошептал мой муж, когда поцелуй прервался, — чтобы прямо сейчас пойти туда, где мы сможем полежать и пообниматься без струй горячей воды?
— Это нужно сделать, — пробормотала я. — Только вот…
— Ты совершенно без сил? — закончил за меня муж.
— Да, — призналась я. — Но это — приятная усталость. Впрочем, ты умеешь доставлять такое удовольствие, чтобы потом не хотелось шевелиться!
— Что ж, — решил Федерико, — кто-то из нас должен проявить силу воли. Уж лучше я.
С этими словами, он осторожно выпутался из моих объятий, (я все еще обвивала его руками и ногами) поднялся и выключил воду. Я тихонько наблюдала за мужем. Господи, до чего он у меня красивый! За семь лет брака, я бесчисленное множество раз видела его обнаженным, но всегда восхищалась этим зрелищем. Он похож на статую греческого бога! Тот же точеный профиль, то же идеальное тело! Федерико тем временем вышел из душевой, поднял с пола свои боксеры и оделся. Мне уже стало как-то неудобно лежать. Очень мокро и холодно. Связано ли это с тем, что любимый больше не прижимает меня к себе, или с тем, что он выключил теплую воду — не знаю. Но лежать стало гораздо менее приятно. Я бы и сама поднялась, но муж меня опередил. Взяв чистое сухое полотенце, он осторожно завернул меня него, подхватил на руки и отнес в постель. Ох, наконец-то тепло! А уж когда Федерико лег рядом и накрыл нас одеялом…
— Так лучше? — заботливо спросил он, прижав меня к себе.
— Замечательно, — промурлыкала я, обхватив мужа за шею. Впрочем, с тобой мне всегда хорошо. Поцелуй меня!
Федерико не заставил просить себя дважды. Мгновение — и его губы накрыли мои. Поцелуй был нежным и легким, но преисполненным самых трепетных чувств. И мое сердце отозвалось на каждое из них. Потрясающе, когда любовь взаимна! Говорят, что в любых отношения только один любит, а второй позволяет себя любить. Что ж, очевидно, мы с Федерико являемся исключением из этого правила. Потому что одинаково любим друг друга, заботимся друг о друге, ревнуем друг друга…
— Я люблю тебя! — прошептала я, когда поцелуй прервался. — Знаешь, я так сильно тебя люблю!
— И я очень тебя люблю, родная моя! Больше собственной жизни! Бесконечно люблю тебя и наших детей!
— Ты — мой! Только мой! Навсегда!
— Навсегда! А ты — моя!
— Твоя! Только твоя!
Мы хотели еще раз поцеловаться, но тут зазвонил стационарный телефон. Он стоял на прикроватном столике, поэтому, не желая выпускать меня из объятий, Федерико просто перегнулся, нажал кнопку громкой связи и отозвался: