Эван взял сына на руки и отнес в большую комнату, где аккуратно положил его на свою кровать. Он хотел укрыть его, но Амелия не разрешила.
— Я думаю, что будет плохо, если мы накроем Майло, — она осмотрела кожу мальчика. Амелия видела, как страдает Эван.
— Здесь так холодно, — забеспокоился отец. Он боялся, что его сын подхватит пневмонию или что, может быть, он ее уже подхватил. Два дня назад, когда перегоняли овец, они вдвоем попали под сильный ливень.
— Должно быть, он заразился какой-то инфекцией, — предположила Амелия. — Он кашлял или жаловался на больное горло?
— Нет, он казался здоровым, когда ложился спать, — ответил Эван.
Амелия подумала про ужин. Майло обычно ел мало, но вчера он съел все, что было у него на тарелке, и не выглядел бледным. Амелия тщетно пыталась понять, отчего мог заболеть маленький мальчик.
— У него нет укусов, — проворил Эван, — Я уже осмотрел его. — Майло открыл глаза и слабым голоском позвал отца.
— Я здесь, сынок, — ответил Эван, взяв маленькую руку мальчика и нежно погладив ее.
Амелия видела, что Эван ужасно взволнован, и подумала о том, что болезнь мальчика, возможно, возродила в его памяти воспоминания о смерти его жены. Амелия осторожно надавила малышу на живот.
— Здесь болит, Майло? — спросила она.
Мальчик покачал головой.
— У тебя где-нибудь болит?
Снова малыш покачал головой, но Амелия не была уверена, что Майло понял ее, ведь он был слишком мал.
— Если хотите, можете разжечь огонь, чтобы сварить кашу для других детей, а Майло может пока полежать у меня в доме, — предложила Амелия.
Эван подумал об этом. Пламя от очага быстро согревало все две комнаты дома.
— Хорошо, — согласился он и отнес сына к Амелии в хижину. Эван удобно уложил Майло и неохотно оставил его.
Амелия легла рядом с Майло и постаралась утешить его. Она вытирала малышу лоб и гладила по руке.
Когда Эван вернулся в хижину, малыш умиротворенно дремал, положив голову Амелии на плечо. Эван хотел сказать, чтобы она приготовила девочкам еду, но его сын выглядел таким слабеньким. Эван смотрел на них молча с болью в глазах.
— Я приготовлю кашу, — сказал Эван, по обыкновению грубым и хриплым голосом, и вышел из дома Амелии.
Через час появился Габриель. Он очень обеспокоился, узнав, что Майло заболел.
— Вы знаете, что с ним? — спросил он Амелию.
— Нет. Вероятно, он чем-то заразился, но нет ни кашля, ни хрипов в груди.
— Я посмотрел его горло, и оно не было красным, — произнес Эван.
Все боялись, что у Майло что-то серьезное, например, с печенью, почками или сердцем.
— Ему надо к врачу, — заявила Амелия с тревогой. — Вот почему плохо здесь жить. С детьми все может быть нормально, а через минуту они могут заболеть. Если что-то случится, они заболеют или их укусит змея, то требуется немедленная помощь врача, иначе их жизнь подвергается огромному риску.
— Такова наша жизнь, — бросил в ответ Эван. — Здесь наш дом. Я не могу оставить Джейн и маленького Джозефа.
Амелия удивилась. Она не думала, что его жена похоронена на ферме или где-то поблизости, и еще она никогда не слышала про Джозефа. Может, это был ребенок, при рождении которого умерла Джейн?
— По крайней мере, свяжитесь, с доктором в Кингскоте, — осторожно попросила она.
— Я могу подать сигнал проходящему мимо судну, — предложил Габриель. — Корабль причалит, и ты сможешь либо отвезти его в Кингскот, либо послать весточку доктору Томпсону и попросить его прибыть сюда.
Эван посмотрел на Амелию. Она знала, что фермер не оставит здесь своих животных, и, очевидно, он не доверял ей настолько, чтобы позволить ей отвезти Майло в Кингскот.
— Посмотрим, спадет ли жар через несколько часов, — произнес Эван.
— Как хочешь. Мне пойти за почтой? — спросил Габриель.
Сегодня Эван должен был забрать почту в назначенной точке на реке Роки-Ривер.
— Я совсем забыл об этом, — ответил Эван. Он думал только о сыне.
— Я могу пойти, — предложил Габриель.
— Ты только что закончил смену на маяке. Ты, наверное, очень устал.
— Я могу добраться туда и вернуться обратно за пару часов, потом лягу спать.
— Я не могу тебя просить о таком одолжении. Мы договаривались, что иду я, когда у тебя поздняя смена.
— Вы сами не спали всю ночь, — заметила Амелия.
— Сара права, — подтвердил Габриель. — Тебе и так есть о чем волноваться. Я заберу почту.
— Bongiorno, — проговорила Карлотта, появившись в дверном проеме.
Поскольку она всегда находилась поблизости от Габриеля, никто не удивился ее появлению. Итальянка окинула всех взглядом и вскинула руки к небу.