- Федо! – позвала меня Виолетта
- Ох, прости! – очнулся я – Кажется, задумался!
- Заметно! – фыркнула моя подруга. – Ты не ответил на вопрос.
- Почему отвернулся, – машинально повторил я. – А что мне нужно было сделать? Полезть целоваться? Нет, с меня хватит и того случая весной!
- Но ты позволил мне чмокнуть себя в щеку! – не унималась Виолетта.
- Вот, что, – решительно произнес я, – давай-ка расходиться. Утро вечера мудренее. А мне еще звонить Энрике, пока он не лег спать.
- Кстати, о нем, – спохватилась моя подруга. – Почему ты собираешься ему звонить? Что-то случилось?
- Нет-нет, – покачал головой я. – Просто мы с ним давно не болтали, как раньше, рассказывая обо всем. Хочется поговорить по-братски, понимаешь?
- Понимаю, – улыбнулась Виолетта. – Каждому парню необходим, как минимум, один лучший друг. Тот, с которым можно поделиться абсолютно всем, не боясь выглядеть дураком. Ладно, спокойной ночи!
Мы обнялись на прощание. Странно. Казалось бы, после этого самого некого подобия поцелуя, чувства от объятий должны уйти или хотя бы ослабнуть. Но нет. Сердце все так же колотилось, кровь все так же кипела в жилах, да и бабочки никуда из живота не делись. Я, как и раньше, с трудом подавлял в себе желание снова полезть целоваться. Нет, конечно, я тут же твердо остановил себя, но как все-таки велико было это желание…
Минуты через две, я с гитарой вышел из дома Кастильо. Моя мама как раз собиралась откланяться, а Ольгитта начинала убирать со стола.
- Сынок, ты иди, а я помогу здесь и тоже приду, – обратилась ко мне мама.
Я машинально кивнул, погруженный в собственные мысли. Еще бы! Ведь мы с Виолеттой уже второй раз за день вот так потянулись друг к другу. А теперь, я убегал, как последний трус.
Да, побег. По-другому мой поступок назвать никак нельзя. То есть я, конечно, собирался позвонить Энрике, но мог сделать это позже, потому что прекрасно знал, во сколько ложится мой почти-брат.
Но, в собственное оправдание, замечу, что убегал не потому что нас с Виолеттой потянуло друг к другу, а потому что это не должно было подействовать на нее. Я хочу сказать, она должна была сопротивляться. И то, что этого не было, всерьез меня напугало. Что с ней происходит? Если бы раньше я полез целоваться, Виолетта стерла бы меня в порошок (тот случай весной служит прекрасным доказательством). А сейчас… Ладно, об этом тоже нужно будет поговорить с Энрике.
Я поднялся к себе, плюхнулся на кровать, отложив гитару в сторону, и сразу набрал номер друга. Он, как обычно, ответил почти сразу:
- И снова привет!
- Привет, неисправимый оптимист, – вяло ухмыльнулся я.
Поразительно, но уже от этих слов Энрике узел в груди начал ослабевать. Только он может излечить душу одним голосом. А может, все дело в том, что я к нему привык.
- О, смотрю, праздник прошел весело, – заметил Энрике.
- Рике, ты, как всегда, все угадываешь и все знаешь наперед! – вздохнул я.
- Надо же! – деланно восхитился мой друг. – Ты все еще помнишь мое имя!
Я отчетливо уловил обиду в его голосе. Ох, только этого мне сейчас не хватало! Хотя, наверное, я бы тоже обиделся, если бы мог общаться с ним только по телефону или в компании. А ведь, за эти несколько дней, меня ни разу не посетила мысль о том, как ему может быть сложно! Впервые я понял, что Энрике может не хватать меня. И разговора по телефону вряд ли будет достаточно.
- Ладно, ты, наверное, не ругаться звонил, – продолжал Энрике. – Что там, на празднике?
- Лучше не спрашивай! – застонал я. – Я снова полез к Виолетте целоваться!
- Ого, смело! – воскликнул мой друг. – Это уже серьезно! Давай-ка, приходи к нам завтра, тут и поговорим. Если ты, конечно, все еще мне доверяешь.
Последнюю фразу он произнес с таким ядом, что стало неуютно. Вот, как – КАК можно быть таким идиотом, не заметив, что друг нуждается во мне?! Никогда себя этого не прощу!
- Вот, что ты такое говоришь, Рике?! – возмутился я. – Я доверяю тебе больше, чем самому себе и завтра непременно приду! Мы обязательно поговорим, как раньше! Обещаю!
- Значит, завтра мне можно не рассчитывать на общество твоих новых друзей? – снова съязвил Энрике.
- Конечно же, их не будет! – воскликнул я.
Через секунду я, однако, понял, что не смогу выполнить это обещание. Почему? Одно слово – Виолетта. Нет, конечно, один день она может побыть и без меня, но как я без нее? Подумать страшно! Возможно, это и сподвигло меня смущенно пробормотать:
- Я приду. Вот только…
- Да расслабься! – отмахнулся Энрике, как всегда, поняв меня с полуслова. – Пусть Виолетта приходит с тобой. Ее развлекут Деметрио и Росанна.
- О, хорошо! – обрадовался я. – Спасибо за понимание, брат! Завтра утром мы уже будем у вас.
- Договорились, – согласился Энрике. – Адрес я пришлю тебе в виде sms, чтобы ты не потерял.
Энрике знал, что у меня была гадкая привычка записывать всю нужную информацию на миниатюрные клочки, а потом по полтора часа эти самые клочки искать.
- Спасибо, – улыбнулся я. – До завтра!
- Пока! – попрощался мой друг.
Положив трубку, я вздохнул. Разговор с лучшим другом сделал свое дело – отвлек меня от мыслей о Виолетте. Теперь я думал о том, каким все-таки был идиотом. То ли это любовь к Виолетте меня ослепила, то ли… А хотя, какие у меня могут быть оправдания?! Правильно, здесь они попросту неуместны! Факт в том, что я – никуда не годный друг...
====== Глава 38 ======
Утром я специально встал пораньше, чтобы самостоятельно зайти за Виолеттой. Приведя себя в порядок и позавтракав, я направился в дом Кастильо. Моя подруга как раз заканчивала завтрак, к которому тут же предложила присоединиться. Но, поскольку я уже поел дома, предложение было отвергнуто.
- Ты сегодня рано, – заметила Виолетта, допив свой сок.
- Рано, – согласился я. – И с вопросом.
Девушка внезапно покраснела, отвела глаза и тихо сказала:
- Насчет вчерашней сцены? Извини за нее. Мне не следовало… Ну, то есть…
Тут она вконец смутилась и едва слышно пропищала:
- Давай просто забудем о ней.
Ощущения у меня возникли двоякие. С одной стороны, боль от того, что Виолетта предложила забыть о вчерашнем, а с другой – недоумение от того, что она так смутилась. И, конечно, это недоумение вызвало новую порцию надежды, которую мне снова пришлось душить, причиняя себе еще боль. В общем, куда ни глянь – нигде не обойтись без этой самой боли… Как все, однако, сложно…
Но ведь, в первую очередь, нужно исходить из интересов Виолетты. Даже я не могу спорить с тем, что для нее важна наша дружба. А для сохранения этой дружбы, будет лучше все забыть. И пусть, в моей душе кипит боль. Что с того? Лишь бы она была счастлива! Люблю тебя, Вилу!
- Здесь ты, пожалуй, права, – согласился я, приказав голосу не дрожать. – Но я к тебе по другому вопросу.
- Правда? – удивилась девушка, и краска начала сходить с ее лица. – И по какому же?
- Энрике пригласил нас сегодня в гости, – пояснил я. – Меня и тебя. Пойдем?
- Конечно, – улыбнулась Виолетта. – Мне определенно нравится он, Деметрио и Росанна.
- И вполне заслуженно, – согласился я. – Мы с ними тоже подружились как-то сразу. Как они любят шутить, «друг друга увидавши рожи»…
Виолетта захихикала.
- И ты тоже подружишься, я уверен, – заключил я уже с улыбкой.
Подшучивая друг над другом, как ни в чем ни бывало, мы вышли из дома (конечно, предварительно предупредив Германа) и направились по тому адресу, который Энрике прислал мне накануне. Разумеется, Виолетта знала город лучше меня, поэтому гидом была именно она. Так или иначе, а минут через двадцать, я уже звонил в дверь.
Нам открыл Деметрио с широкой улыбкой. Он пожал мне руку, помахал Виолетте и пригласил нас обоих в гостиную, где уже сидели Энрике и Росанной. Последняя обняла меня, а отпустив, выразительно посмотрела на Деметрио. Они с двух сторон подошли к моей новой подруге.
- Хочешь посмотреть наши фотоальбомы? – предложила Росанна.