Годимир аж засветился весь от предвкушения хорошей схватки. Андреас от него недалеко ушел, а вот мои друзья выглядели более настороженными.
Вовремя Абашев подсуетился с включением в нашу команду. Первое же задание воодушевляло на подвиги. Ко мне он, кстати, относился терпимее, чем прежде. Я больше не замечала презрения в его ауре, а только стремление к приключениям, славе и подтверждению статуса обережника.
Однако полного доверия Годимир пока не заслужил. Подробности наших открытий о Добромире и пророчестве ему не рассказали. Слишком наглядно парень показал, как печется об интересах клана.
— Мы готовы, наставник, — отрапортовал Андреас, получив задание. — Выступаем через час.
Через два мы уже достигли башни. Внешний осмотр не дал никаких намеков, откуда взялся обломок. Чаростражи расчистили от завалов проход в подземелья, куда мы и направились, вооружившись факелами. Чем ниже мы спускались, тем тяжелее становился воздух, перемежаясь запахами влаги и плесени, как это бывает в подземельях.
Андреас двигался в авангарде, расчищая путь и освещая дорогу скупым подрагивающим светом факела. Он чутко реагировал на малейшую опасность, готовый вступить в бой в любую секунду.
— Годимир, щит! Прикрой Гаяну. Ирия, Славен — держать тылы, — посыпались команды, стоило ему уловить движение впереди.
Я прикрыла глаза, пытаясь нащупать, что же так насторожило боярича. Он не ошибся. В дальних углах, куда не доставал свет, прятались гневы низших рангов, выжидая подходящего момента для атаки.
— Они здесь! — указала рукой направление. — Анчуги и матохи. Много. Но они ослаблены, не ожидали нас.
Боярский сын кивнул, мгновенно меняя тактику и перестраивая нас так, чтобы принимать удар на себя. Вместе с Годимиром они обрушивались на гневов и устраняли их, пока я пыталась их обездвижить и замедлить. Ирия следила за моим состоянием и поддерживала ребят. Славен отсекал случайных тварей, вздумавших подобраться сзади. Помимо этого, он изучал стены, высвечивая их факелом касаясь ладонями и осматривая каждый стык или трещину.
— Эти камни намного древнее построек наверху, — поделился друг во время короткой передышки. — Словно здесь был фундамент совершенно другого здания. Уже только это наводило на мысли, что с подземельями не все чисто. Удивляло количество тварей, которых после зачистки, вообще, не должно было остаться. Вдобавок, я чувствовала, как внутренний гнев усиливается по мере того, как мы углубляемся под землю. Он реагировал на что-то, чего я не могла понять или идентифицировать.
— Вам не кажется, что твари становятся злее? — заметил Годимир, когда мы достигли очередной развилки. — Чувствуете, как воздух искрит?
Андреас кивнул и настороженно огляделся. Я замерла, ощущая внутреннее беспокойство. Попыталась окунуться в пустоту, чтобы унять пульсирующий дрожь в теле, но этому состоянию было сопротивляться. Я будто снова услышала зов, захватывающий внимание и парализующий волю.
— Стойте! — Славен замер у глухой стены, внимательно изучая поверхность, покрытую вековой пылью. Парень провел рукой по неровностям, буто пытался что-то нащупать. — Здесь… — прошептал удивленно. — Камни слишком плотно подогнаны друг к другу, как будто их искусственно так сложили. А вот тут уже идет сплошная стена. Тут наверняка скрыт проход.
Мы все приблизились к участку тоннеля, ничем не отличающегося от других, на первый взгляд. Действительно, если присмотреться, видны следы стыков, забитых грязью. От самой перегородки веяло холодом, не похожим на привычную сырость подземелья.
— Проход? — Андреас переглянулся с Годимиром. — Открыть сможешь? Или будем ломать?
— Дайте немного времени, — друг продолжил изучение стены, тщательно ощупывая каждый сантиметр поверхности. — Вот! — ткнул пальцем в ничем не примечательное место. — Надо попробовать надавить посильнее…
Славен еще договорить не успел, как обережники уперлись руками в указанную часть, вкладывая силу и напор. Внезапно камень сдвинулся. Он ушел вглубь стены, которая с тихим скрежетом начала поворачиваться.
Перед нами открылся темный тоннель, уводящий в неизвестном направлении. Славен достал из подсумка карты, выискивая этот ход на старых чертежах.
— Его нет! — покачал головой. — Нигде не отмечен. Но судя по всему, тоннель ведет за пределы городища и купола.
Мы переглянулись. Покидать городище без разрешения Лютобора не стоило. Однако он точно знал, что мы наткнемся на что-то подобное. Другие чаростражи годами ходили мимо и не подозревали о наличии прохода. Так, что же за тайна скрывается на другом конце тоннеля?