У меня дыхание перехватило и грудь сжалась от неконтролируемого ужаса. Онемели не только кончики пальцев, но и ступни. Я едва держалась на ногах. Гул, состоящий из зловещего потустороннего шепота проник в сознание, затягивая в себя и усиливая жуткое ощущение беспомощности. Но я боролась! Чувствовала, как истончается грань между сознанием и сущностью, засевшей внутри. Она обещала забвение и великую силу, способную сокрушить этот мир. Такому напору сложно было противостоять. Я отчаянно цеплялась за воспоминания, которые помогли бы согреться. Детские годы, проведенные рядом с дедом, в лесу. Друзья. Андреас. Если не справлюсь, то они погибнут.
Неужели для этого мне подарили шанс начать жизнь сначала?
Оглушительный грохот вырвал из пелены воспоминаний. С трудом сфокусировав взгляд, я увидела, как встречник прорвал защиту боярича. Он рухнул на одно колено, прижимая руку к ране на правом боку. Его пальцы уже окрасились алым. А сильная аура угасала, оставляя без защиты. Годимир, стиснув зубы от перенапряжения, из последних сил держал щит, отклоняя ледяной импульс, предназначенный мне.
— Держись! Еще немного, — сдавленно прохрипел парень.
Они оба защищали меня. Ценой собственных жизней. А я уже подобралась к порогу одержимости, неспособная удержать нарастающий напор разлома. Внутренние резервы истощились, а шепот гнева становился все настойчивее, предлагая поддаться и отпустить контроль.
Но я не могла этого допустить. Не могла! Иначе гнев уничтожит все, что мне было дорого. Я должна продержаться до прихода Лютобора. Если этого не сделаю, то городище будет уничтожено.
Мое отчаянное желание жить помогло продержаться еще немного. Я уже не чувствовала ни рук, ни ног. Последние нити контроля лопались, как натянутые струны. На ледяных губах я уже не таяли кристаллики инея. И только искры сознания стояли насмерть, молчалива погибая под мощным напором Изнанки.
И в этот момент, когда я находилась на грани поглощения, в святилище ворвался Лютобор вместе с Ирией и Славеном.
Наставник мгновенно оценил обстановку, пробежавшись взглядом по напирающему встречнику, расширяющемуся разлому и встретился с моим испуганным взглядом. Мощные чары пробужденного чаростража обрушились на монстра, словно молот на наковальню. Ледяная броня встречника затрещала, из пасти вырвался болезненный вой. Лют нанес еще два поражающих удара, после чего ринулся ко мне, крикнув ребятам:
— Займитесь им! Мы должны закрыть прорыв!
Я заметила, как тоненькая фигурка Ирии метнулась к раненому Андреасу, а Славен ринулся на помощь Годимиру, усилившему напор на ослабленного монстра. Сам Лютобор поспешил ко мне, формируя в руках сложное плетение. Его пальцы двигались в воздухе, вычерчивая светящиеся руны, пульсирующие и вплетающиеся в окружающее пространство. Интуитивно я понимала, что Лют готовил сложный ритуал, необходимый для закрытия пролома. Однако помочь не могла, не в силах даже пошевелиться. Мне оставалось только смотреть и надеяться, что у него все получится.
Андреас, едва оправившись от ранения, тут же перехватил инициативу в свои руки. Не знаю, как Ирии удалось, но она поставила раненого командира на ноги за считанные минуты. Его аура налилась силой и решимостью идти до конца.
Вслед за Андреасом, Ирия пополнила силы Годимира и Славена, которые втроем обрушились на встречника с таким напором, что он не устоял. Андреас создавал мощные щиты, отражая ледяные атаки твари. Годимир наносил огненные удары по трескающейся броне. Славен искал слабые места и оставлял глубокие порезы на теле чудовища. Ребята действовали слаженно, как единый механизм, воодушевленные общей целью.
Наконец, встречник не выдержал столь яростного напора и зашатался. Последний сокрушительный чароимпульс Годимира окончательно разнес ледяное тело на осколки, которые разметало взрывом по святилищу. Они градом осыпались на пол и растаяли, оставляя после себя едкий запах гнили и ощущение невыносимого холода.
Однако желанного облечения эта победа не принесла. Гибель твари вызвала мощный всплеск темной энергии и послужил призывом для более опасных сущностей. Разлом завибрировал с удвоенной силой. Воздух, пронизанный темными сущностями и сверкающими элементами чар, сгустился, сделавшись осязаемым. Голодный зов Изнанки стал сильнее, отозвавшись звоном в голове. Я ощутила, как из ушей потекло что-то теплое.
В этот момент из темной глубины за алтарем святилища появились еще два встречника. Крупнее и сильнее того, над которым недавно мы одержали победу.
Лютобор, заметив новую опасность, посмотрел на тварей с дикой ненавистью. Он не мог отвлечься на битву с тварями, потому что разлом неумолимо расширялся, а плетение не было завершено. Взгляд, полный отчаяния, остановился на мне.