Ребята синхронно кивнули, не смея ослушаться. Андреас сжал кулаки, а его аура, теплая и успокаивающая, налилась прежним раздражением. Ирия поежилась, а Славен нахмурился, осознавая тяжесть нашей клятвы. На мои плечи ложилась невидимая ноша опасной тайны.
Обратный путь в чародемию прошел в полном молчании. Каждый погрузился в собственные мысли, переваривая события, изменившие представление о мире. Вернулись мы, когда вечерние сумерки уже сгустились, окрасив небо в темно-синие и багровые тона.
Ученики, возвращающиеся с последних занятий, бросали на нас любопытные взгляды. Слухи о моих диких способностях и ссоре Андреаса с отцом уже облетели всю чародемию. Наша команда невольно привлекала внимание.
Годимир поравнялся со мной, излучая неподдельный интерес. Прежде он смотрел на меня, как на дикарку, но сейчас видел нечто большее, значимое.
— Я ошибался на твой счет, Гаяна, — произнес он, улыбнувшись виноватой улыбкой. — Твой дар — это что-то невероятное. Ты спасла всех нас, спасла городище. Прежде я не понимал, насколько важна твоя сила.
Что ж, подобное признание мне польстило. В груди разлилось приятное тепло. Но что я могла ответить? Не запоздал ли Абашев с признаниями?
Когда считал меня дикаркой, то издевался, поддерживал Стояну в стремлении меня унизить. Теперь же, едва узнал о моем вероятном прохождении, сразу переменил мнение. Я видела, как аура парня пульсирует восхищением, но также в ней прослеживался прагматичный расчет.
Сил мы потратили изрядно, поэтому поспешили в столовую, пока та не закрылась. В помещении было полно других припозднившихся учеников. Их шепот, пересуды, ауры, полные подозрений и страха, давили со всех сторон. Неприятно, когда на тебя показывают пальцем или откровенно посмеиваются.
— Смотрите, это она! — довольно громко высказалась девушка из старшей группы. — Та самая дикарка, которая навлекла гнев клана Тумановых на Андреаса. Говорят, она в сговоре с Изнанкой. Вот почему твари ее не трогают!
Боярич, шедший рядом, резко остановился. Его аура вспыхнула яростью и жаждой справедливости. Он обвел холодным взглядом шепчущихся учеников, отчего их разговоры мгновенно стихли. Шагнул к ним, вынуждая сплетников отступить.
— Еще одно плохое слово в адрес Гаяны, — произнес властным угрожающим голосом, — и я позабочусь о том, чтобы каждый из вас пожалел о своей глупости. Гаяна спасла Волконскую от одержимости. Спасла всех вас, когда нав угрожал городищу. Если кто-то забыл, то я готов напомнить, чего стоят ваши жизни без нашей защиты. У меня достаточно сил, чтобы осадить любого, кто посмеет очернять членов моей команды. Всем понятно?
Слова боярского сына прозвучали в полной тишине, и никто не осмелился возразить. Ученики спешно опускали головы и отворачивались, их ауры сжимались от страха. Самой Заряны среди сплетников не было. Быть может, это даже заслуга Годимира, пообещавшего избавить нас от этой проблемы. Теперь же Абашев присоединился к Туманову, встав рядом с ним и выражая готовность поддержать в любую минуту. Ирия и Славен тоже расправили плечи, излучая уверенность.
А я ощутила, как грудь наполняется новым незнакомым чувством привязанности к этим людям. Они не просто верили в меня, а боролись и защищали. Их поддержка многое для меня значила.
Вечером, смыв в душе грязь и пот тяжелого дня, я уже готовилась ко сну, когда в дверь комнаты постучали. Я вздрогнула от неожиданности, не понимая, кто мог прийти. На пороге я обнаружила Лютобора, посвежевшего, чистого и непроницаемого.
— Князь Радомир желает тебя видеть, Гаяна, — произнес он холодно. — Одевайся. У тебя пять минут.
Я гулко сглотнула, понимая, что рано или поздно этот момент наступит. Живот скрутило от волнения и неприятного предчувствия. Встреча с князем наверняка изменит мою жизнь. И не факт, что в лучшую сторону.
Переодевшись в чистую униформу, я последовала за наставником. Его присутствие придавало немного спокойствие, несмотря на его строгий нрав и холодность. Он не допустит, чтобы я сорвалась.
Дворец князя Радомира Аракчеева, сложенный из темного камня, показался мне величественным и мрачным. Мы прошли через несколько просторных залов, украшенных гобеленами и оружием, прежде чем оказались в личном кабинете князя.
Он сидел за массивным столом и выглядел старше, чем в нашу прошлую встречу. А, может, я была не в том состоянии после битвы с навом, чтобы рассмотреть мужчину как следует. Прямые жесткие волосы уже тронула седина, на лице в уголках губ и глаз залегли морщинки. Князь окинул меня оценивающим взглядом, полным скепсиса и отстраненного любопытства.