Наставник промолчал, наблюдая за волхвом и мной с холодной прагматичностью. Так же он смотрел на гневов, определяя, насколько они опасны.
Креслав, в отличие от него, молчать не собирался. Он выступил вперед, лязгнув тяжелыми доспехами.
— Нам нужны ответы, волхв, и немедленно! — опередил чаростража Лютобор. — Речь идет о безопасности городища и всплеске гнева, который мы едва остановили. По приказу князя ты должен предоставить исчерпывающие сведения о происхождении этой девушки.
— Князя? — Тихомир недобро усмехнулся, при этом оставаясь спокойным. — Я не служу Радомиру и не подчиняюсь его приказам, — ответил уверенно. — Мой долг лишь в том, чтобы заботиться о безопасности деревни и ее жителей, до которых вашему князю нет дела. Проблемы городища меня не касаются.
— Не касаются? — не выдержал Креслав, вспыхивая яростью и нетерпением. — Ты защищаешь дитя пророчества, старый лис! Тебе известно, что она — ключ к разрушению нашего мира?
Лютобор уже знал, на что давить, поэтому напомнил, что в его власти уничтожить деревню и всех жителей, объявив их одержимыми. Но прежде всего, правда нужна мне, потому что без нее я не смогу полностью контролировать силу. Если же она вырвется из-под контроля, то Изнанка прорвется в наш мир и уничтожит все живое.
— Это ты забрал мою внучку, Лют. Я вижу, как нелегко ей жилось в городище, и как никто из вас не удосужился ей помочь. Даже ты… — зыркнул на присмиревшего Андреаса, — Своей ненавистью отравил девочке жизнь. Так что не тебе говорить о контроле, когда ты сам ежеминутно стараешься его разрушить, испытывая Гаяну на прочность.
Я притихла, ощущая, как накатывает ужас того, что последует за отказом Тихомира. Пальцы на ногах занемели, а живот скрутило спазмом — явные признаки нарастающего страха, который я не смела показать ни единым жестом или выражением лица. Мне оставалось только глубоко дышать, сдерживая подступающую дрожь.
Дед упрямился и, вероятно, не без причины. Но этот разговор мог закончиться его погибелью. Его и жителей, высыпавших из домов и во все глаза разглядывающих чужаков.
Я осторожно высвободилась из родных объятий, глубоко вздохнула и выступила вперед, закрывая собой деда и всю Тихомировку в его лице.
— Хватит! — Подняла руку в защитном жесте, отгораживаясь и одновременно останавливая чаростражей. — Угрозами вы ничего не добьетесь, кроме кровопролитной бойни, после которой выживут немногие. Мы же здесь не за этим.
Расправив плечи, я смело посмотрела на Лютобора, который будто ждал от меня подобных действий.
— Наставник, ты желаешь получить правду, — с трудом выдержала тяжелый взгляд проверяющего. — Но мой дед не подчиняется чужим приказам. Силой вы ничего не решите. И можете хоть до зимы стоять тут и требовать, он не скажет ни слова. Позволь мне поговорить с ним наедине? Я объясню, зачем мы пришли, и для чего нам необходимо знание о прошлом.
— Хочешь остаться с ним одна? — недоверчиво переспросил Креслав, положив руку на рукоять меча.
— Хочу! — спокойно подтвердила я, игнорируя угрозу.
Лют задумался, скользя оценивающим взглядом по неподвижной фигуре Тихомира, по нашей команде, в любой момент готовой выступить на моей стороне, по рассредоточившимся на улице воинам. С упрямством Тихомира он уже сталкивался, и в прошлый раз лишь мое вмешательство уберегло деревню от расправы. Если же и сейчас довести до конфликта, правду так никто и не узнает.
— Даю полчаса, Гаяна, — произнес Лют тоном, не терпящим возражений, и посмотрел на остальных. — Андреас, Креслав, вы и ваши люди останутся снаружи. Окружите дом и никого не подпускайте. Если она потеряет контроль, войдете без предупреждения. Но не вмешивайтесь раньше срока.
— Слушаюсь, наставник! — живо отозвался Андреас, аура которого полыхала беспокойством. — Ирия, Славен — за мной! — Проследовал ко входу и расположился у крыльца.
Я с благодарностью посмотрела на проверяющего, милосердие которого проявлялось лишь в рамках контроля надо мной. На даже так он выиграл нам время и дал возможность объясниться. Я взяла деда за руку и мягко увлекла за собой в избу. Следовало о многом рассказать, и мой рассказ не уложить в отведенное время.
Глава 26
— Почему ты их защищаешь? — тихо спросил волхв, глядя на меня с нежностью и укором. — Зачем привела их сюда? Ты ведь хочешь вернуться? Но я уже говорил, в городище тебя ждет погибель. Тебе не место среди чужих интриг и жажды наживы.
— Деда, я должна тебе рассказать… — Присела на скамью у окошка, где прежде проводила долгие часы за плетением оберегов.