— Да что ж тебе неймется? — в сердцах воскликнула я. — В конюшню пора! Через несколько часов уже темнеть начнет, а мы еще даже к тропе не вышли.
Кобыла тоненько заржала, выражая свое недовольство прогулкой, и упрямо попятилась назад.
— Мрак, — ругнулась я.
Спешиваться не хотелось, но другого выбора не было. Хотя, конечно, если лошадь решит бунтовать по-настоящему, мне ее не удержать. Придется плестись к конюху с повинной и просить о помощи с отловом животины.
Я перекинула ногу, собираясь спуститься на землю, и внезапно почувствовала чьи-то руки у себя на пятой точке.
Глава 50
Подкравшийся негодяй тут же получил пяткой в бок. Задыхаясь от возмущения, я снова взлетела в седло, жалея, что не прихватила с конюшни хлыстик.
— Да как вы смеете, — зашипела я.
— Зачем так грубо, — возмутился он. — Я помочь пытаюсь!
Незнакомец скинул капюшон плаща, и появилась огненная шевелюра и та самая широкая наглая улыбочка. Ни капли не смущаясь, Даррел снова протянул ко мне руки, задевая ладонью коленку.
— О прекрасная леди, — с придыханием произнес он. — Не даруете ли вы мне право помочь вам спуститься с этой чудесной каурой лошадки, что так настойчиво пытается скинуть вас в грязь?
— Нет, — отрезала я. — Отойдите и не мешайте.
— Не могу, — ответил Даррел, хватаясь за сердце, — честь рыцаря не позволяет.
— Не облапать даму?
— Бросить ее в беде.
— Придется вам как-то договориться с вашей честью.
— Никак! — воскликнул он, улыбнувшись еще шире. — Неужели вы хотите, чтобы я потерял честь с вами? В лесу. Ночью.
— Сейчас вечер, — машинально поправила я.
— Значит, с остальным вы согласны? — с хищной улыбкой уточнил Даррел.
— Только попробуйте! Тогда вы потеряете не только честь, но и зубы.
Его мои угрозы не впечатлили. Он стянул с рук перчатки и снова подошел к лошади. Та разом присмирела, словно до этого и не была строптивицей. Я дернула поводья, пытаясь отвести лошадь подальше от рыжего лорда с рыцарскими замашками, но она стояла как вкопанная. Плюнув на эту затею, я уселась боком, придерживаясь за луку седла.
— Прекратите. Я сама слезу.
— Глупости. Все дамы слезают с помощью конюха или кавалера.
— Какая жалость, что у меня нет ни того, ни другого.
— Придется воспользоваться моими услугами, — фыркнул Даррел. — Я даже перчатки снял, чтобы не испачкать ваш элегантный костюмчик.
Я опустила взгляд на свой заляпанный грязью камзол и забрызганные штаны. Да уж, моя одежда не испачкается сильнее, даже если мне взбредет в голову искупаться в луже.
Лошадь прервала мои размышления на тему грязи и костюмов. Она прыгнула на месте, подбросив круп вверх. Я попыталась уцепиться за седло. Мои ноги уже свободно болтались в воздухе, и встать в стремя не получилось бы. Руки соскользнули с рожка. Я скатилась по боку лошади, не успев и ойкнуть.
Падение было мягким и даже приятным. Первые несколько секунд. Даррел подхватил меня за талию в полете и собирался выдать что-то язвительное. И тут ошадь встала на дыбы и заржала. Даррел отшатнулся, чтобы не попасть под копыта, поскользнулся, и мы упали в листву.
Меня притянули к себе, на дав грохнуться прямо на землю. Даррел глухо простонал, стукнувшись затылком о корень, и выдохнул сквозь стиснутые зубы, когда сверху еще приземлилась моя тушка.
Я не знала, куда себя деть, и замерла на нем, не решаясь подняться. Так мы и лежали: Даррел клял строптивую кобылу и весеннюю сырость, а мне было боязно лишний раз вдохнуть. Впервые жизни я настолько тесно с кем-то… общалась.
— Леди, вам удобно? — просипел Даррел.
— Я мечтаю слезть, только понятия не имею, как это сделать.
— Просто скатитесь с меня.
— Вот уж нет. Если мы оба придем во дворец в таком виде, будто кувыркались в кустах, будет скандал.
— Принцесса, — рыкнул Даррел, — не вынуждай тебя скидывать! Помниться, тебе очень не нравится ощущать на себе мои руки.
— Помнится, они как-то хотели меня прирезать, — пропыхтела я.
Даррел вышел из себя. Он сел на куче листвы, подхватив меня за талию. Поза из двусмысленной стала откровенно неприличной. Теперь я сидела на Дарреле верхом, красная как свежесваренный рак.
— Ну как принцесса, теперь удобнее? — ехидно поинтересовался нахал.
Глава 51
— О богиня, — простонала я, — просто поставь меня на землю!
Даже сквозь плотный камзол я чувствовала тепло его тела, ощущала терпкий аромат табака и ванили. Даррела словно и не смущала моя близость. Он по всем правилам приличия не опускал руки ниже талии, даже отстранил торс, чтобы мы почти не соприкасались. Вот только я все еще сидела на нем и понятия не имела, как встать, не опираясь на его плечи.
— Хватит, — взмолилась я, — ты же видишь, что я не смогу самостоятельно слезть с тебя!
— Мне просто любопытно, как ты будешь выкручиваться, принцесса, — выдохнул мне куда-то в ключицы рыжий.
— Ты скорее зад себе отморозишь, чем я обопрусь на тебя, чтобы встать.
Даррел расхохотался. Я чувствовала, как вибрирует его грудная клетка у меня под сердцем. Щеки тут же заалели. Судя по ехидному взгляду парня, он заметил мое смущение.
Плюнув на приличия, я все же попыталась встать, держа руки над головой, чтобы меня не обвинили в облапывании мужчины. В свете и так ходили слухи про мою злобность и коварство, ни к чему добавлять в свой послужной список еще и разврат.
Даррел убрал руки с моей талии, чтобы не мешать, но это не очень-то помогло. Мне удалось привстать, но коленка предательски соскользнула с плаща, и я снова упала на рыжего. Тот охнул и все же удосужился мне помочь. Через мгновение мы уже стояли на земле.
Он принялся невозмутимо отряхивать плащ от налипшей листвы. Я решила не поднимать больше тему падения и отошла к лошади. Та косилась на меня хитрым взглядом, словно эта встреча в лесу была спланирована. Я бы даже поверила в неслучайную случайность, если бы не искреннее удивление конюха, когда мне удалось оседлать кобылку.
— В какой стороне дворец? — устало спросила я, не поворачиваясь к Даррелу лицом.
— В южной, принцесса.
Лошадь запрядала ушами, предчувствуя подлянку. Я аккуратно подошла к ее боку, делая вид, что просто хочу поправить подпругу.
— Э, нет! — Даррел оттащил меня, недовольно цокая языком. — Она уже один раз тебя скинула. Только не говори, что собираешься вновь попытать удачу.
— Она бы меня не скинула, если бы ты ее не нервировал, — возмутилась я. — Подошел сзади, облапал!
— Тебя, а не ее, — поправил меня он.
— Лошадь прекрасно чувствует настроение хозяйки.
Даррел посмотрел на нервно гарцующую на месте кобылку, потом на меня. Лошадь попыталась укусить его за плечо, клацнув зубами в миллиметрах от плаща. Даррел со смехом оттолкнул ее морду и заметил:
— Да, характером вы и правда похожи.
Я промолчала, ожидая какой-нибудь ехидной ремарки. Даррел не стал меня разочаровывать:
— Обе вредные. Обе так и норовите затащить меня в кусты.
Клянусь, в этот момент мне хотелось оправдать все сплетни о моей кровожадности. Я была в шаге от того, чтобы придушить наглеца, но вмешалась лошадь. Она попыталась лягнуть Даррела, вырвала у него из рук поводья и была такова.
Мы лишь ошарашенно смотрели ей вслед, пока песочный круп не исчез где-то в глубине леса. Еще какое-то время было слышно, как лошадь скачет по бурелому, оглашая окрестности задорным ржанием.
Я сложила руки на груди, прикрыла глаза и медленно досчитала до десяти. И еще раз. И еще. Выдохнула.
— Пожалуйста, скажи мне, что твой стреноженный конь стоит сейчас где-то на соседней поляне, — сказала я.
— Мой стреноженный конь стоит сейчас где-то на соседней поляне, — послушно повторил Даррел.
— Правда? — с облегчением выдохнула я.
— Нет, — улыбнулся Даррел.
Глава 52
— Зачем тогда сказал, что конь есть?!