Личная же вражда, которую Берк питает к Хейстингсу, придает его обвинениям отпечаток искренней убежденности и эмоциональную силу. Между прочим, родственник Берка, некий Уильям, отправился в надежде разбогатеть в Индию, но вернулся в 1793 году домой с подорванным здоровьем, без гроша в кармане и с недостачей казенных денег. И в Англии и в Индии за ним укрепилась репутация крючкотвора. Уильям разработал два плана обогащения: 1) посредством сложных махинаций с обменом валют различных провинций Индии; 2) посредством перевода в Англию с 25-процентным освобождением от уплаты громадного долга в бумажных деньгах, сделанного в Индии. Эдмунд Берк способствует осуществлению этих планов. И тот же Берк обвиняет Хейстингса в казнокрадстве и использовании служебного положения в корыстных целях. Лорд Корнуоллис называет операции Уильяма по обмену валют скандальными махинациями. Не затеял ли Берк дело о привлечении Хейстингса к суду из-за того, что тот не нашел для Уильяма достойного, на взгляд Берка, применения? Разумеется, в какой-то мере так оно и было. Берк органически неспособен поверить, что среди его сторонников может оказаться мошенник. На своих друзей и родных он смотрит как на божьих избранников, а их врагов считает отъявленными негодяями. В своих оценках людей и их мотивов он наивен и легковерен. Вне всякого сомнения, в кругу его родственников царит атмосфера финансового авантюризма. И вот в каких выражениях пишет Берк Уильяму: «О, мой любимейший, старейший и лучший друг, как далеко занесла тебя судьба! Да хранит тебя всемилостивый господь! Твои враги, твои жестокие и несправедливые преследователи, призваны к ответу и несут наказание — не за свои злодейства по отношению к тебе, а за другие свои преступления, которым несть числа. Думаю, что... царству Хейстингса пришел конец».
И еще одна сенсационная история способствует разжиганию враждебных чувств. Сэр Фрэнсис ненавидит близкого друга Хейстингса сэра Илайджу Импея, занимавшего в прошлом пост главного судьи Верховного суда Бенгала, а ныне тоже привлекаемого к судебной ответственности. В феврале 1779 года, еще до своего отъезда из Индии, Фрэнсис попал в скверную историю: его заметили и схватили в тот момент, когда он глухой ночью спускался с балкона прелестной семнадцатилетней красавицы миссис Гранд. Слуги миссис Гранд, связавшие его веревками, с удивлением обнаружили, что вместо грабителя они поймали члена Верховного суда Бенгала. Мистер Гранд развелся с женой и возбудил против Фрэнсиса судебное дело о возмещении убытков. Верховный суд под председательством Импея присудил пострадавшему пятьдесят тысяч рупий. Скомпрометированная леди уехала во Францию и там вышла замуж за Талейрана. Одно из серьезных обвинений по делу об импичменте связано с именем индийца Нанкомара, который подал жалобу на Хейстингса. Тот счел ниже своего достоинства ответить на обвинения Нанкомара, но враждебный губернатору совет, членом которого был и Фрэнсис, признал Хейстингса виновным. Немедленно вслед за этим Нанкомара обвинили в подделке долгового обязательства, и он предстал перед судом, возглавляемым Импеем. Применим ли был английский закон по отношению к индийцам в случаях, подобных этому? Импей отправил Нанкомара в тюрьму и на виселицу.
Каким бы широким ни казался круг вопросов, в связи с которыми против Хейстингса выдвигались обвинения по импичменту, они лежали на периферии обширной сферы общественно полезной административной деятельности губернатора. Самые выдающиеся его достижения оказались вне поля зрения. А ведь он насадил порядок там, где царил хаос; очистил авгиевы конюшни аппарата управления Бенгалом; успешно боролся с наиболее вопиющими злоупотреблениями, чинимыми этой администрацией; наконец, предотвратил крах британского правления в Индии. Он взял на себя нелегкий труд разъяснить служащим компании, что их задача состоит не только в том, чтобы торговать, сражаться, ни тем более грабить, но и в том, чтобы управлять.
Когда в июне 1785 года Хейстингс прибыл в Англию, во всех землях, находившихся под его управлением, царили мир и спокойствие. Спасение Индии для британского господства служило своего рода компенсацией за все внешнеполитические катастрофы последних лет. При всем том Хейстингс вернулся без состояния из страны, где большинство наживалось на грабеже. Он не принадлежал к числу сребролюбцев, которые «усердно трясли индийскую смоковницу». Лорд Корнуоллис, приступивший к управлению Индией в начале 1786 года, правил ею, опираясь на административные основы, заложенные отозванным правителем.