Обычно ведь даже на трупе, пролежавшем в земле несколько сотен лет, сохраняются истлевшие обрывки одежды. "Это что же получается, меня в прошлое занесло, в те времена, когда все люди голышом щеголяли?", — успел подумать Егор, прежде чем почувствовал на плече пальцы черта.
— Вставай, — сказал Горри. — Как раз полтора часа прошло.
— Спасибо, — Егор поднялся, набросил на плечи "косуху". — Новости есть?
— Откуда? — развел руками рогатый. — Хотя… Мне Мальгедорн звонил. Интересовался, как у нас дела. Такая новость сойдет?
— Не совсем, — буркнул Киреев. — Пойдем перекусим, что ли?
— Давай, — черт двинулся к выходу. — Там Дормидонт как раз подсуетился.
На ужин домовой нажарил картошки и запек в микроволновке несколько сосисок. Трапеза проходила почти что в полной тишине — никому не хотелось заниматься бессмысленным сотрясением воздуха. Происходящее походило на обычные дружеские посиделки, но витавшая где-то поблизости мрачная тень Яна Грушницкого мешала самим четверым Темным Сущностям воспринимать это так…
— Егор, — сказала Олеся, — ты сможешь определить, где и когда начнется прорыв?
Есть упырица на этот раз не стала. Простая человеческая еда была для нее что секс для фригидной женщины — можно иногда, но смысла особого нет. Олеся ограничилась чашкой крепкого ароматного кофе.
— Если это произойдет достаточно близко — смогу, — кивнул некромант. — Для того, чтобы поднять большое количество мертвецов, Яну придется задействовать очень много энергии. Я должен это почувствовать. Возможно, мне станет дурно в этот момент, или возникнут какие-нибудь… видения, — Егор вдруг резко замолчал и сглотнул подступивший к горлу комок.
— Что такое? — насторожился Горри. — Уже?!
Тихо звякнула выпавшая из пальцев черта вилка.
— Ой, беда, беда, огорчение! — пролопотал Дормидонт.
— Нет, все нормально, — покачал головой Егор. Но по лицу некроманта было заметно — сам он здорово сомневается в достоверности собственных слов.
— Больше меня беспокоит другое, — сказал, облизнув губы, Киреев. — Зачем он затеял все это, если, во-первых, был уверен, что я в плену, а во-вторых — собирался действовать в пределах Ростова? За время, что Ян отсутствует дома, он мог успеть добраться уже до самого Воронежа. Но из его слов абсолютно точно вытекало — Грушницкому нужен именно этот город. Какие будут соображения?
— Ох, честно — никаких, — Горри поднял с пола оброненную вилку, обтер ее салфеткой и положил рядом с собой на стол. — В голове настоящая свалка.
Свалка… свалка… свалка…
— Да уж, — произнесла упырица, отхлебнув кофе. — Ян оказался хитер, как змей.
Змей… змей… змей…
"Логово"!
Лицо Киреева прояснилось.
— Ребята, — сказал Егор, одним глотком допив остатки кофе, — я знаю, где Ян Грушницкий!
Глава 23
Вниз, к богам
Можно было, наверное, догадаться и раньше. Да что уж теперь корить себя… Пара самых обычных слов, произнесенных сейчас друзьями, послужила толчком к полному пониманию Егором сути происходящего. Змей! Свалка! Прозвучав почти одновременно, эти слова вызвали в сознании некроманта ассоциацию с местом, которое как нельзя лучше подходило Грушницкому для выполнения зловещего плана. С местом, где более полувека назад развернулась одна из самых горестных сцен в истории города. С местом, которое маги и нелюди, общаясь промеж собой, называли не иначе как Логовом.
"Мировая змея", Ермунганд, которая, если верить легендам, опоясывает собой всю планету, обитает именно там. Это ее Логово расположено глубоко под Ростовом и опутано мощной сетью защитных чар, не позволяющих чудовищу прорваться на поверхность.
Миф о невероятной длине Ермунганд родился вследствие того, что монстр, пользуясь разветвленной системой подземных тоннелей, способен добраться в любую точку планеты. Но существует только один проход, размер которого позволил бы Ермунганд выползти на поверхность. И змея периодически предпринимает такие попытки. Это происходит в месте, известном как…
Змиевская балка.
Гигантская ложбина в западной части Ростова. Что главное — земля там буквально нафарширована мертвецами…
В августе 1942 года германские оккупанты убили в Змиевской балке около двадцати семи тысяч военнопленных, а также проживавших в Ростове евреев. Тела остались лежать там же, на месте гибели этих людей.