Чтобы облегчить себе задачу, Егор решил произвести обряды для обращения к десяти богам смерти разом. Надлежащих подношений у него сейчас не имелось — откуда ж было заранее знать, что придется делать это? Киреев рассчитывал обойтись благовониями, да собственной кровью, принесенной в жертву Гекате. Тут главным было — не уронить даже крошечной капли на поднос, предназначенный Аиду. В противном случае повелитель мертвых мог запросто утащить некроманта в свой подземный мир.
Откликнулись четверо: Геката, Один, Самэди и Осирис. Как и предполагал Киреев, Аид, которому интереснее было общаться с мертвыми, чем с живыми, остался глух к столь слабому воззванию, каким являлось сжигание щепотки серы.
Изображения богов возникли перед ним в воздухе — будто четыре окна, ведущих в иные миры, открылись перед Киреевым. Это здорово напоминало сетевую видеоконференцию. Когда Егор, обучаясь в Академии, впервые налаживал связь с покровителями, он едва удержался от улыбки, увидев, как это выглядит.
— Приветствую вас, Владыки, — склонив голову, произнес Егор.
— Здравствуй, Грегориус, — сказала Геката.
— Привет, — помахал рукой Один.
— Приветствую тебя, сын Северной земли, — пафосно произнес Осирис.
— А, это ты, — буркнул Самэди. — Чего надо?
Егор только усмехнулся про себя. Гаитянский властитель теней был известен своим скверным характером. В особенно дурное расположение духа он приходил, когда его вызывали люди, не входившие в "подведомственную группу". В большинстве случаев Самэди, конечно, поможет и белокожему некроманту. Но нервы в процессе потреплет здорово.
— Должно быть, происходит нечто чрезвычайное, раз уж ты счел необходимым одновременно обратиться к такому количеству покровителей? — произнесла Геката, окинув взглядом стоявшие на алтаре перед Егором подносы.
— Это так, Владычица, — кивнул некромант. — Дело мое серьезно и неотложно. Очень надеюсь на вашу поддержку в нем.
— Не тяни, — рявкнул Самэди. — Рассказывай.
Очухавшись, вампир Ринальдо обнаружил, что лежит, закутавшись в плащ, на обшарпанной скамейке, в каком-то темном дворе. Если не считать света, падавшего из окон образовывавших двор блоков многоэтажного дома. Ну, в темноте ничего удивительного кровосос не нашел — в городе стоял поздний вечер. Но как он очутился здесь? И что вообще вчера было? Да, кстати, сегодня-то какое число?
Разогнув затекшие ноги, Ринальдо сел, извлек из кармана мобильник и посмотрел последние звонки. "Альмаксис… Ох, ну да, ему ж вчера четверть тысячелетия стукнуло". Голова стремительно наполнялась воспоминаниями о безумной вечеринке в "Крыльях ужаса". "Да, там еще была потрясающая маленькая упырица. Правда, вдвое старше меня. Так, но почему же я здесь? И где оно — это "здесь"?".
Вот этих подробностей Ринальдо припомнить не смог. Пришлось звонить друзьям.
Сам Альмаксис трубку так и не взял — учитывая то, сколько именинник выпил накануне, сей факт тоже ничуть не удивил Ринальдо. Поняв, что до Альмаксиса не дозвониться, он набрал номер Крагера — еще одного вампира из числа присутствовавших вчера — или еще сегодня? — в клубе.
— Алло? — раздалось в трубке. По звучавшей на фоне голоса Крагера танцевальной мелодии Ринальдо понял, что веселье продолжается. — Ринальдо, ты?
— Ага, я. Что происходит, можешь мне объяснить?
— Нет, это ты мне объясни, что происходит, — оборвал его Крагер. — Под утро ты сказал, что хочешь пойти подышать свежим воздухом. И с тех пор как сквозь землю провалился. А мы продолжаем гулять. Ты где вообще?
— Не знаю, — признался Ринальдо. — А вы где? В "Крыльях ужаса"?
— Нет, перебрались к Альмаксису домой. Веселуха мировая просто. Так что давай, подтягивайся. И поживее. Мышью, мышью, — Крагер отключился.
"Надеюсь, я за день ничего дурного не натворил", — подумал Ринальдо, вставая.
За спиной загрохотала дверь подъезда.
— Нет, Колян, ну ты посмотри, какое чмо! — раздалось через несколько секунд. Ринальдо подумал, что эта оскорбительная фраза, вероятнее всего, относится к нему — больше ведь во дворе никого не было. Несоответствие прозвучавших слов реальному положению дел возмутило вампира до глубины его мертвой души. Ринальдо решил разобраться в ситуации и расставить точки над "i".
Развернувшись, он увидел стоявших на бетонном крыльце двоих парней характерной "приблатненной" наружности. Один — среднего роста, плечистый, с расплющенным носом, в кепке-"еноте" на бритой наголо голове. Второй — долговязый и лопоухий, с ежиком черных волос. Одеты были оба в синие спортивные костюмы, разнящиеся только покроем.