– Джентльмены, – произнесла Шерли мелодичным голоском, добавив в него стальных ноток, – будьте так любезны, пощадите мои двери. Успокойтесь! Идите-ка сюда. Посмотрите на Варвара – он ведь и котенка не обидит!
Она принялась ласкать пса. Он улегся у ног хозяйки и вытянул лапы, однако хвост все еще угрожающе дергался, ноздри раздувались, в бульдожьих глазках пылал тусклый огонь. Это был обычный пес – флегматичный, глуповатый, упрямый и верный, любящий свою хозяйку и Джона, слугу, который его кормит. К остальному миру Варвар относился равнодушно, зато удар палкой мгновенно пробудил в нем демона.
– Мистер Мэлоун, здравствуйте! – продолжила Шерли, обращая искрящееся весельем личико к галерее. – Вы ошиблись: это вовсе не гостиная, а спальня миссис Прайер. Передайте своему другу мистеру Донну, чтобы поскорее выходил. Я с удовольствием приму вас этажом ниже.
– Ха-ха! – гулко расхохотался Мэлоун, покинув дверь и облокотившись о массивные перила. – Этой животине удалось перепугать Донна. Он у нас парень немного робкий, – пояснил ирландец и вальяжно двинулся к лестничной площадке. – Вот я и решил подняться вслед за ним, чтобы успокоить беднягу.
– Так я и подумала. Что ж, спускайтесь, если вам угодно. Джон, – обратилась она к слуге, – сходите наверх и вызволите мистера Донна. Осторожнее, мистер Мэлоун, ступеньки скользкие.
Еще бы они не были скользкими – из полированного-то дуба! Предупреждение слегка запоздало: во время своего горделивого спуска Мэлоун поскользнулся и не скатился вниз лишь потому, что успел уцепиться за балясины, благодаря чему лестница протяжно заскрипела.
Наверное, Варвар вообразил, что гость позволяет себе лишнего, и снова зарычал. Однако Мэлоун оказался не робкого десятка. Прежде псу удалось застать его врасплох, но теперь курат прошел мимо него скорее с едва сдерживаемым гневом, чем со страхом. Если бы взглядом можно было придушить, в этой жизни Варвар не сделал бы больше ни вздоха. Позабыв про всякую вежливость, разъяренный Мэлоун ввалился в гостиную, опередив мисс Килдар. Покосившись на мисс Хелстоун, он едва нашел в себе силы отвесить ей поклон. Он постоянно переводил взгляд с Каролины на Шерли, и будь одна из них его женой, Мэлоун, несомненно, устроил бы скандал. Он сжимал и разжимал кулаки с таким видом, будто намеревался схватить любую из девушек за горло и придушить.
Шерли решила проявить милосердие и сдержала смех; Каролина, как истинная леди, даже не улыбнулась при виде его унижения. Варвара прогнали, Питера Огаста утешили. Ласковым взглядом или словом Шерли могла бы усмирить даже быка. Мэлоун понимал, что, поскольку выразить возмущение хозяйке пса не удастся, лучше бы ему успокоиться. Его усилия должным образом оценили, и он действительно успокоился и вновь обрел присутствие духа. Мэлоун явился с определенной целью: обаять и покорить хозяйку Филдхеда. Сначала его ждало суровое испытание, но после можно было вернуться к задуманному. Подобно марту, он явился грозным, как лев, уйти же собирался кротким, как ягненок. Мэлоун уселся на стул поближе к двери в сад – то ли хотел подышать свежим воздухом, то ли на случай неожиданной новой угрозы, хотя мисс Килдар предлагала ему разместиться на диване, и Каролина дружеским жестом звала его поближе к камину. Гнев и брюзгливость сменили привычные курату зажатость и смущение. Он лихорадочно сыпал банальностями, многозначительно вздыхая после каждой фразы и перед началом новой. Наконец, решив добавить изящной непринужденности в арсенал своих чар, Курат извлек из кармана огромный шелковый носовой платок и принялся им поигрывать, не зная, куда девать руки. Этому занятию Мэлоун отдался с энтузиазмом. Он складывал красно-желтую ткань по диагонали, расправлял ее элегантным взмахом, потом снова сворачивал в несколько раз и даже искусно скручивал в жгут. Для чего же он это делал? Собирался ли обернуть платок вокруг шеи или повязать им голову? Хотел ли сделать себе теплое кашне или тюрбан? Ни то ни другое. Питер Огаст был куда более затейлив и оригинален. Он готовился продемонстрировать юным леди один приемчик, обладавший непреодолимой прелестью новизны. Ирландец скрестил мускулистые ноги, обвил их повязкой и надежно закрепил узлом. Сам он явно пришел в восторг от собственной изобретательности и принялся исполнять сие действо на бис. Пронаблюдав за процессом во второй раз, Шерли поспешно отправилась к окну, не в силах сдержать смех, Каролина же отвернула голову, чтобы длинные локоны упали на лицо и скрыли невольную улыбку. Впрочем, мисс Хелстоун веселилась не только над нелепым поведением Питера. Дело было еще и в том, что он оставил попытки ухаживания за ней, презрев пять тысяч фунтов, которые она якобы должна была когда-нибудь унаследовать, и молниеносно переключился на мисс Килдар, позарившись на поместье и особняк. Скрывать свои расчеты и маневры Мэлоун не собирался. Никаких плавных переходов изображать не стал – сразу взял с места в карьер, нацелившись на состояние гораздо более крупное. Каким образом он надеялся его заполучить – совершенно непонятно, уж точно не умелыми ухаживаниями.