- Да, я вас в штрафбат, ни за что бы не отправил. Мне толковые водители позарез нужны. Но и без машины, вас пехотой делать, тоже не могу себе позволить, потому как специалисты вы.
- А если бы не достали мы автомобили, то, как бы дело вышло? - спросил я от выпитой храбрости.
- Ну, придумали бы что-нибудь. Оформили бы как боевую потерю.
Лёг я спать уже ближе к утру, а самому не верится, что всё так удачно вышло. Видно не судьба ещё умирать.
ПЯТЫЙ ДЕНЬ.
Незадолго до начала операции "Багратион", мне пришло письмо ещё от одного брата, Петра. Писал он из резервной дивизии и готовился к отправке на фронт в ближайшие дни. Трудно сказать, рвался он в бой или просто отставать от старших не хотел, но на бумаге готов был первым в атаку идти. Уж слишком много зла нам гитлеровцы принесли, а обратно под барский сапог никто возвращаться не хотел. Да и зверств фашистских насмотрелись мы все уже, поэтому нас не остановить было. Насколько я потом знаю, Петя в пехоту попал и Украину освобождал. Там и погиб, наверное. Числится, как без вести пропавший. Ни могилы, ни останков. Столько лет прошло, а до сих пор ни чего не известно...
ТРИБУНАЛ.
Недели за две до наступления, случай забавный приключился у меня. Стояли мы рядом с лесом, там, где ещё несколько месяцев назад немцы хозяйничали, и обнаружили там несколько снарядов артиллерийских. Стали думать, что с ними делать. Вроде бы и себе забрать, но ведь с сюрпризом могут быть: поднимешь, а они взорвутся. Решили, что подрывать будем. А как? Тротила нет. Отправили посыльного в штаб, чтобы доложил, а сами всё равно успокоиться не можем. Я тогда говорю:
- А может, стрельнуть по взрывателю?
- Это по наконечнику что ли? - спрашивает взводный.
- Так, куда ж ещё то? По нему, родному, - отвечаю я.
- Это ж метров с двухста, стрелять надо, - улыбается ротный. - Далеко. Не попасть.
- Попаду, - уверенно смотрю на него, и улыбаюсь.
- Ну, давай. Сколько патронов потратишь?
- Один.
- Вот, брехун, ты Ваня. Не каждый снайпер, сможет с одного выстрела на такую дистанцию попасть. А нам артиллеристам и подавно, не дано.
- Попаду, - беру я свою винтовку и к укрытию, а офицеры впереди меня уже бегут, мало ли что.
Прицелился я хорошенько, взял под наконечник и не дышу. Плавно спуск обработал и выстрелил. Бах! Снаряд рванул, а за ним и все остальные, а их там штук десять было, не меньше. Грохот страшный, земля даже до нас долетела. Смотрим, а батальон по тревоге на позиции бежит. Мы к ним, что случилось. А комбат орёт:
- Всем в укрытие. Немцы наступление готовят. Артиллерийскую подготовку проводят.
Пока разобрались, все уже в окопах сидят. Потом посмеялись, конечно. А после этого, коль снаряды находили, то меня всегда на разминирование звали. Ни разу не промахивался.
23-го июня 1944 года началось освобождение Белоруссии. Наша дивизия вступила в бой 24 числа и наступала на Бобруйск. Здесь нам опять пришлось реку Друть форсировать, но уже в другом месте, потому как с одного плацдарма сильно не развернёшься. Немцы хорошо окопались по всему берегу и подготовились к обороне. За несколько часов боя, нам удалось взять только первую траншею, и только к обеду мы смогли выбить противника из второй. Гитлеровцы яростно контратаковали, и если бы не авиация, то неизвестно, как бы дальше дело пошло. Только танков, сколько фашисты на нас направили, глаза разбегались. Наш 120-ти миллиметровый миномёт работал без остановки. Хорошо, что мы за возвышенностью находились, а то бы, наверное, не выжили. Ну, да моё дело ведь не сложное, боекомплект выгрузил и за новым. Только в этот раз трёхтонник мой, который я у немцев угнал, очень уж пригодился, потому как на нём, я за рейс в два раза больше мог увезти. Потом в наградном напишут, что я десять раз через речку к своим снаряды и оружие привозил, а это под тридцать тонн, считай, перевёз. Правда машину мою изрешетило всю, но задачу свою она выполнила. Умеют же немцы технику делать. А меня снова, только поцарапало. В итоге за пять дней, Бобруйск был освобождён, а там уж и до Минска рукой подать было. После освобождения столицы Белоруссии, наша дивизия дальше двинулась. Помню, марш километров под 70 сделали без остановки, и мост захватили, а от туда к Белостоку вышли. Вообщем, война для меня закончилась в Померании, на острове Рюген. К тому времени мне уже вторую медаль "За отвагу" вручили. Да, давно это было.