Вот и застряла. Семьи у нее нет, живет одна.
Игоря крайне заинтересовало все это, но отнюдь не в бытовом, а, так сказать, в исследовательском смысле. Ему стало любопытно, что может думать и чувствовать европейская девушка, живущая в самой патриархальной, мусульманской республике Союза. В этих южных республиках, конечно-же, бывает интересно, если ты приехал поглазеть на азиатскую экзотику: на мечети, на восточный базар, на своеобразно одетых мужчин и женщин. Но жить тут! Даже ему непритязательному уральскому парню было бы странно, а этой прибалточке, попавшей сюда отнюдь не в детстве, а в зрелом возрасте…
Ведь эстонцы считают себя исключительно цивилизованным, культурным, европейским народом. Как Инге, наверное, здесь не просто.
Но прогулка втроем не располагала к подобным вопросам, поэтому наш герой не стал задавать их Инге, а просто нежно пожал ей руку. Надо пояснить, что после того, как дама взяла его под руку, и они зашагали по тротуару, пальцы их рук как-то сами собой нашли друг друга и переплелись. Александра же, шедшего с другой стороны от Инги, девушка весьма вежливо держала под локоток.
Молодые люди в свою очередь тоже поделились со своей спутницей некоторыми анкетными данными, в основном о своих профессиях и места прописки. И когда Игорь признался Инге, что неплохо разбирается в радиоэлектронике, то сразу же получил от нее приглашение зайти к ней в гости и посмотреть проигрыватель, который не так давно сломался.
Тут Тарханов окончательно понял, что, к сожалению, у его друга сегодня ничего не получится, ибо белокурая эстонка из них двоих выбрала отнюдь не северянина и кораблестроителя Сашу, а его, Игоря. Конечно, было довольно заманчиво согласиться на ее предложение и зайти к ней в гости на, как она сказала, чашечку кофе. Это приглашение предвещало весьма приятное окончание сегодняшнего вечера и ночи не в скучном гостиничном номере, а в обществе очень милой женщины. В том, что его оставят ночевать, он абсолютно не сомневался. Порукой тому были горячие пальчики эстонки в его ладонях. Да и такое приключение было бы неплохо и с целью позлить Татьяну, пусть подружка поймет, что он тоже чего-то стоит, что он еще кому-то может нравиться. Но было одно препятствие- мужское слово. Ведь и мужская дружба чего-то да стоит. Он ведь обещал Шурику, что не будет мешать ему завоевывать даму.
После двух бутылок совместно выпитого шампанского Александр не поймет его и будет считать Игоря предателем.
Так что пришлось Тарханову отказаться от приятного предложения и сказать Инге, что увы, он не может ремонтировать аппаратуру без инструмента. Девушка же, подумав и вспомнив, как это называется по-русски, сообщила, что у нее дома есть отвертка.
При выездах на природу Игорю нередко доводилось ремонтировать технику одним, случайно оказавшимся в кармане, перочинным ножичком, а тут ему предлагали даже отвертку. Но мужское слово! И ему пришлось снова отказываться и убеждать Ингу, что для ремонта ее проигрывателя необходимы: ампервольтметр, паяльник и даже осциллограф. И, чтобы его окончательно не соблазнили, ему пришлось решительно откланяться, поцеловав на прощание даме руку…
Через полчаса после Игоря в гостиницу вернулся расстроенный Александр. Ему ничего не обломилось, хотя, номер домашнего телефона Инги он все же вызнал.
Неудачу Лавейко залили шампанским, прихваченным из ресторана Игорем.
Тарханов переписал номер эстонки в свою записную книжку, думая позвонить назавтра и, хотя бы, если не объяснить, то извиниться за свое странное поведение. Но утром ее телефон не отвечал. Видимо, Инга была на работе. А днем было недосуг: ходил с группой в Ботанический сад и там он опять помирился с Татьяной.
Причем, и в этот вечер и в два последующих дня все у них обошлось без этих глупых ссор. А еще через день, согласно маршруту, они переехали в другой город…
Вся эта история и вспомнилась Тарханову в книжном магазине, благодаря странному совпадению имен.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Выйдя из книжного магазина, Игорь отправился на переговорный пункт. Они договорились с Верой, что она будет ждать его звонка в школе около шести часов вечера.
Сделав заказ, Тарханов сел на скамеечку, ожидая вызова.
Просидел он недолго, через пару минут ему уже прокричали: "Тула, пройдите во вторую кабину!"
Вера Никитская так поздно, обычно, в школе не задерживалась.
Поэтому почти каждый из учителей, входивший в это время в учительскую, делал изумленное лицо и задавал один и тот же вопрос:
"Вера Ивановна? Так поздно?" На что логопед отвечала, что ей должны позвонить по межгороду.
Поскольку своего места у нее в учительской не имелось, а в ее кабинете звонков не было слышно, она села за стол своей приятельницы- учителя математики Ирины Мартыновны Гончарук.
Стол этот по вечерам был свободен, поскольку его хозяйка работала, в основном, в первую смену. Подружились Вера с математичкой не так давно- после того, как она перевелась в эту школу. Но знакомы они были еще по институту. Но даже лучшей своей подруге Никитская не сказала о том, где она была сегодня днем и что там делала. А была она в ЗАГСе и там узнавала, как и когда подают заявление.
Как назло, звонок Игоря раздался во время последней перемены второй смены, и в учительской было немало народу.
– Это меня,— только и успела произнести Вера, услышав звонок и поднимаясь, но ее опередил физик Николай Николаевич.
Ника, как неофициально звали его и коллеги и ученики, был местный школьный донжуан. Он был высок и миловиден, но легкомысленен. Анатоль Курагин- определяла его литераторша Нелли Ивановна, имевшая с ним одно время какие-то внеслужебные отношения. Себя она, видимо, ассоциировала с Наташей Ростовой или Марьей Николаевной. Однако, Ника был не только непостоянен, но и сметлив. От брака с поклонницей Толстого он отвертелся и был все-также свободен и мил. Одно время он подбивал клинья и к Вере, но строгой девушке вертопрах был не нужен, и ничего у него не получилось.
– Да!- строгим тоном прокричал физик в трубку, словно вызывая двоечника к доске.— Да! Никитскую? Это, действительно, вас.
Последнюю фразу он произнес многозначительно.
Вера пыталась говорить так, чтобы невольно слушавшие педагоги ничего не поняли.
– Здравствуй… Очень приятно… Да!.. Ходила. Там странно все устроено. Приходить туда нужно в среду с утра или в четверг… Нет, в выходные они заняты другими делами. Только эти два дня и только с утра. Мне так сказали… Да, надо приезжать…
Где, где? У меня, что же делать… Завтра вечером?… На последней? Да, до конца. Ну хорошо, я буду ждать.
Послушав еще некоторое время то, что ей говорил Игорь, Вера, слегка зардевшись, то ли от его слов, то ли от жаркой атмосферы в учительской, аккуратно положила трубку на аппарат.
– В этих ЖЭКах всегда какие-то дурацкие расписания,— откомментировал услышанное Станислав Сергеевич.— Я как туда не приду, все неприемный день.
Вера согласно кивнула ему головой и отправилась к выходу.
Следом за ней вышел и Ника.