Поэтому они и готовились соответственно. Игорь собирался надеть на торжество свой новый костюм, что привез ему в Куйбышев Костя. Вера к белому костюмчику, купленному недавно в московской "Наташе", подобрала белую изящную шляпку. Праздновать решили в ресторане, выбрав для этой цели "Кузнецкую слободу" на улице Прокудина, куда и сделали заказ на восемь человек.
Время регистрации неумолимо приближалось. Наши герои проводили последние минуты своей холостой жизни. Незадолго до приезда такси вернулась из поселка мама Веры- Екатерина Петровна. Здесь впервые Тарханов увидел свою будущую тещу и смог немного с ней побеседовать.
Ну вот пришла и машина. Вера, Игорь и Володя с Ларисой вышли на улицу. Снег, пытавшийся последние два дня укрыть землю, не выдержал теплой погоды и растаял. На улице было довольно грязно и желтый кузов такси был сильно забрызган темными пятнами.
Вера негромко высказалась по этому поводу, что, дескать, знал ведь водитель, что молодоженов повезет, мог бы и помыть.
Игорь же ничего не ответил, а подхватил любимую на руки, чтобы она не испачкала туфелек. Девушка негромко вскрикнула и крепко обхватила его за шею. Екатерина Петровна, наблюдавшая за ними с крыльца, перекрестила их в спину и кончиком головного платка смахнула набежавшую слезу…
Обрядовый зал Тульского ЗАГСа был на очередной реставрации, поэтому торжественные регистрации браков проводились в различных дворцах культуры. На долю наших героев достался ДК Профсоюзов.
Возле него уже стояло несколько автомашин. По большей части это были личные автомобили граждан, разукрашенные лентами, пупсиками на лобовом стекле и золотистыми кольцами на крышах. Но попадались и такие же грязные государственные "волги" канареечного цвета, подобные той, в которой приехали Вера с Игорем. Площадка перед дворцом была заасфальтирована и относительно чиста. Поэтому Игорю не было нужды нести невесту на руках до порога. Вдобавок здесь толклось много народу, и Вера сама была против того, чтобы привлекать к себе внимание.
Известно давно, что самые красивые женщины на свете - польки, если, забыть про русских барышень. Но если про россиянок вовремя вспомнить, то гордым польским паничкам придется довольствоваться вторым местом. Ну а из русских девушек самые красивые- это невесты. Тому, кто бывал в наших ЗАГСах и видел этих милых, воздушных существ, мои слова не покажутся преувеличением. Вот и здесь, в этом дворце, было на что поглядеть. В одном зале одновременно находились минимум пятнадцать пар молодоженов, и в составе каждой пары имелось по одной невесте. И каждая из них была самой красивой, так, по крайней мере, считали их женихи.
Игорь и Вера быстро выяснили, что сначала молодоженам надо зарегистрироваться в пятом кабинете, куда была небольшая очередь из таких же, как они, счастливцев. Пока наши герои ожидали своего права на вход, подошла запыхавшаяся от быстрой ходьбы Гончарук. Ее Никитская пригласила в качестве свидетельницы. Ирина извинилась, что задержалась, ссылаясь на плохую работу транспорта.
Вдобавок она сообщила, что ее муж не вернулся из рабочей поездки, и им надо искать другого свидетеля для Игоря. Тут все посмотрели на Володю, и Ларисин муж гордо заявил, что так и быть, он исполнит эту роль, тем более, что он, на всякий случай, захватил свой паспорт.
От заветной двери их отделяла одна пара, когда они встретили еще одну знакомую. Подошла к кабинету очередная компания брачующихся, и среди них, в качестве подруги невесты, оказалась Киселева Галина. Она была в ярко-розовом, коротком платье и с бантом на голове.
– Верочка Ивановна, какая же вы красивая?— явно подхалимно обратилась пионервожатая, подходя к ним.
И в общем-то, не соврала. Никитская на этой выставке невест была, явно, не последней. Пусть ей шел тридцатый год, и не было у нее свежести и непосредственности молоденькой девчонки, но она была в полном расцвете зрелой красоты и быстро увядать не собиралась.
Галочкины глаза забегали и она быстро, как всякая женщина, оценила и Верин изящный, но, очевидно, не сшитый на заказ, костюмчик, белую шляпку вместо фаты, приличный костюм жениха с бабочкой вместо галстука. И хотя Галя продолжала улыбаться, для себя она решила, что на ее свадьбе у нее все будет лучше: и платье, и жених. Правда, жених и этот ей бы подошел, у него взгляд такой завораживающий оказался. Когда их глаза случайно встретились, Киселева вдруг почувствовала себя не взрослой, видавшей виды девушкой, как она привыкла о себе в последнее время думать, а незрелой, неопытной девчонкой, которую понравившейся парень в упор не замечает на танцах. Такое у нее было ощущение.
Игорь вспомнил, где он встречал эту девочку, и отвел взгляд. Рыженькая бойкая предводительница пионеров ему была не интересна. Вера же благодарно улыбнулась Галине за комплимент и ответила что-то невпопад. Тут Киселева заметила отошедшую к зеркалу и вернувшуюся к своей компании Гончарук, и, на правах младшей коллеги, высказала ей:
– А, Ирина Мартыновна, вы тоже здесь? Значит вы знали, что Вера Ивановна выходит замуж, а нам не сказали. Никто в школе не знает об этом. Секретничаете? А мы бы подарок какой-нибудь купили от коллектива.
– Вера не… Вера Ивановна просила не рассказывать…- только и успела произнести математичка, как дверь открылась, и их компанию пригласили пройти в комнату.
В комнате сидели женщины, оформлявшие документы. Они записали молодоженов в какие-то книги, поинтересовались, какую из фамилий они выбирают. Вера согласилась на фамилию мужа. Забрали у них пригласительную карточку в салон новобрачных и оформили на невесту чек, по которому она могла получить компенсацию за обручальные кольца. Потом их атаковал фотограф и спросил, сколько и какие фотографии они хотели бы получить. Оформив все эти дела, они встали в последнюю очередь за счастьем. Это была очередь в зал бракосочетаний.
Гудящая разговорами колонна медленно втягивалась в резную двухстворчатую дверь. Подошла и очередь наших героев. Они вошли впятером и встали так, как их предупредила представительница ЗАГСа.
Прямо перед ними, в пяти- шести шагах, находился стол. Парадно одетая гражданка, стоявшая за ним, стала выпытывать, действительно ли, Вера и Игорь хотят стать мужем и женой, и когда они по очереди ответили "Да!", предложила им расписаться в какой-то толстой, красивой книге. После них в этой книге оставили автографы и свидетели. А когда Ирина и Владимир отошли от стола, перед компанией на ковер вышла миловидная женщина- депутат райсовета и, в знак любви и согласия, предложила новобрачным обменяться кольцами. Фотограф увековечивал этот момент, как и многие предыдущие. А потом представительница советской власти объявила, что Вера и Игорь отныне муж и жена, и дальнейшая их жизнь должна быть совместной и счастливой. Магнитофон исполнил свадебный марш, и немногочисленные гости принялись их поздравлять.
Тарханов почувствовал, что в церемонии не хватило какого-то важного момента. И только, когда они вышли из зала, Вера пояснила, что женщина- депутат почему-то не предложила им поцеловаться.
– Она или забыла об этом, в своем брачном конвейере, или сторонница буддизма,— высказал предположение Володя.— Когда женятся по буддийской вере, то молодожены не целуются.
Все весело засмеялись над его шуткой.
После церемонии Ирина убежала домой, пообещав приехать в ресторан с мужем, который уже должен был вернуться из поездки в Щекино. Молодожены же по обычаю, тем более, что время позволяло, поехали возложить цветы к памятнику защитникам Тулы. Потом они вернулись в любимый домик на Короленко и стали готовиться к походу в ресторан. Новобрачная оставила дома шляпку с вуалью, ее супруг и Владимир еще раз почистили обувь. Дождавшись немногочисленных гостей, супруги Тархановы скромно, на троллейбусе, отправились в ресторан.