Они подходили всё ближе. Я отполз ещё на несколько шагов и нырнул за дерево. Лес был густым. Если бы я смог подальше углубиться в него, я был бы в безопасности, хотя бы на время. Я поднял камень и швырнул его как можно дальше. Все повернулись. Фонарики засветили в том направлении.
— Туда, — крикнул кто-то.
Джед шёл впереди, держа пистолет наготове.
Сдаться? О, не думаю.
Коренастый шёл следом за Джедом. Джед ускорил шаг, теперь он практически бежал, но Коренастый вытянул руку, чтобы остановить его.
— Помедленнее, — сказал Коренастый. — Он может быть вооружён.
Конечно же, Джед знал лучше.
Худой Джерри не сдвинулся с места.
— Эта штуковина говорит, что он до сих пор там.
Он снова указал в моём направлении. Они были в сорока-пятидесяти метрах от меня. Пригибаясь, я быстро закопал телефон — вторая потеря за последние три дня — под кучей листьев и насколько возможно тихо поспешил прочь. Я начал двигаться назад, углубляясь в лес, изо всех сил пытаясь не шуметь. В руке я держал несколько камней. Кину их, если нужно будет отвлечь преследователей.
Остальные столпились вокруг Джерри, медленно двигаясь к телефону.
Я ускорился, удаляясь всё глубже и глубже в лес. Теперь я видел лишь свет фонарей.
— Он уже близко, — сказал Худой Джерри.
— Или, — добавил Джед, светя фонарём, — его телефон.
Я, пригнувшись, продолжал двигаться дальше. У меня не было никакого плана. Я понятия не имел, в каком направлении и как далеко простирается лес. Может быть, я и сбежал от них, может быть, я и в состоянии продолжать путь, но в конечном итоге, пока не найду выхода из леса, я не имею ни малейшего представления, как выбраться отсюда.
Возможно, следует повернуть назад к дому.
Я услышал неясный гул голосов. Они теперь были слишком далеко, чтобы увидеть их. Это хорошо. Я увидел, что движение прекратилось. Фонарики потухли.
— Его здесь нет, — сказал кто-то.
Коренастый раздражённо ответил:
— Вижу.
— Может быть, твой прибор сломался.
Думаю, они были прямо на том месте, где я вслепую зарыл телефон. Интересно, сколько это даст мне времени. Немного, но, наверное, достаточно. Я поднялся, чтобы бежать дальше, и тут это произошло.
Я не доктор и не учёный, поэтому на самом деле не могу сказать, как действует адреналин. Я лишь знаю, что он действует. Он помог мне двигаться дальше, несмотря на боль от удара по голове, от прыжка в окно, от жёсткого приземления. Он помог мне оправиться от столкновения с деревом, даже несмотря на то, что мои губы опухли, и ощущался горький вкус крови на языке.
Но что я знаю, что я выяснил в тот самый момент — что адреналин не бесконечен. Это лишь ограниченный гормон в нашем теле, не более того. Возможно, это один из самых мощных всплесков, которые мы только знаем, но эффект, как я быстро понял, был краткосрочным.
И этот эффект в конечном итоге закончился.
Боль только отступила, как тут же заявила о себе, резанув, словно острой косой. Вспышка боли разорвала голову, сбив меня с ног. Я закрыл рукой рот, чтобы не закричать.
Я услышал, как подъезжает другая машина. Неужели Коренастый вызвал подмогу?
Вдалеке я услышал голоса:
— Это его телефон.
— Что за… он закопал его!
— Раскопайте его!
Я услышал шорох позади себя. Хорошо ли закрывают меня деревья от фонарей и пуль? Вероятно, не очень хорошо. Я ещё раз обдумал идею сдаться и воспользоваться шансом. Но она мне снова не понравилась.
Я снова услышал Коренастого:
— Назад, Джед. Мы сами справимся.
— Это моя земля, — ответил Джед. — Для вас она слишком большая.
— И всё же…
— Моя собственность, Джерри, — голос Джеда был резким. — Ты находишься на ней без ордера.
— Ордера? — сказал Коренастый. — Ты серьёзно? Мы просто волнуемся о твоей безопасности.
— Я тоже, — ответил Джед. — Ты понятия не имеешь, где прячется убийца, так?
— Ну…
— Ко всему прочему ты знаешь, что он может быть в доме. Прятаться. Ждать нас. Ни за что, брат! Мы остаёмся здесь с вами.
Тишина.
«Вставай», — сказал я самому себе.
— Всем оставаться на виду, — сказал Коренастый. — Не геройствовать. Увидите что-нибудь, зовите на помощь.
Послышалось согласное бормотание, затем темноту прорезали лучи фонарей. Они разделились. В темноте я не видел людей, только подпрыгивающие лучи света. Этого было достаточно, чтобы понять, что я попал.
Вставай, тупой осёл!
Голова закружилась от боли, но я смог встать на ноги и побрёл вперед, как какой-нибудь монстр из фильма на негнущихся ногах. Я сделал три, может быть, четыре шага, когда луч фонаря скользнул за моей спиной.