В глазах у него помутилось, и он понял, что ему очень холодно. Он прислонился к Джоанне, понимая, что и ему недолго осталось.
Не помешало бы отдохнуть.
Мария несла на своих плечах бремя вины.
Еще она несла на плечах Хиро.
Все остальные были мертвы. Скоро она о них позаботится.
Минору снова позволил солнцу встать и открыл дверь, когда она потребовала. Она осторожно поднялась по лестнице с Хиро на плечах, держа его так, как это делают пожарные; она направлялась к центральным палубам, где тяготение было меньше.
У Хиро шла кровь из глубокого пореза и из пулевых ранений. Раны самой Марии раскрылись от напряжения, и повязки пропитались кровью.
Хиро терял много крови, но смерть ему не грозила. Мария этого не допустит.
– Давай, мы сможем. Придем в медотсек, врач заштопает тебя, и ты снова сможешь всех нас изводить, – говорила она.
Она надеялась, что ее подколки приведут его в чувство, но Хиро не отвечал.
Она была благодарна, что он маленького роста и что с каждым шагом сила тяжести ослабевает.
Кровь Хиро текла по шее Марии, и она гадала, сколько ее он потерял.
Придурок Поль. Нет. Корни уходят глубже. Во всем виновата Салли. Салли с ее жаждой власти и извращенным желанием отомстить.
Бедный Поль. Бедняга Хиро с его раздробленной личностью. Которую раздробила она. Они с Салли.
Мария бормотала про себя – частично извинения, частично песню, чтобы идти было легче. Еще один шаг. Еще один. Еще один.
Они вышли в коридор, ведущий к каютам клонов. На этаже царила тишина. С тех пор как она ушла из сада, Минору не сказал ни слова. Мария оглянулась, поморщившись при виде оставленного ими кровавого следа. Когда все кончится, кому-то придется долго убирать.
– Нет, погоди.
Убирать придется ей.
– С кем ты разговариваешь? – сонно спросил Хиро.
– Ни с кем. С собой. Ничего важного. Не волнуйся, просто держись. – Она слегка переместила тяжесть. – Идти можешь?
– Не думаю, что я вообще что-нибудь могу, – ответил он. – Послушай, дай мне умереть. Тогда ты сможешь снова меня клонировать. Все будет в порядке. Я в тебя верю.
Она мягко встряхнула его.
– Э, нет, не бросай меня. Я не могу тебя клонировать, забыл? Поль угробил все машины. У нас нет новых тел. Это последнее, так что лучше позаботься о нем.
– Клон без тела. Мятежник без цели. Безымянный конь, – сказал он нараспев. – Ты славная.
– Говори, что хочешь, Хиро. Только держись, ладно?
– Прости, – прошептал он ей на ухо. – Тебе, должно быть, трудно. Хочешь, я немного понесу тебя?
Она сдавленно хохотнула.
– Было бы отлично, но за прогулку на пони заплатил ты и получишь за свои деньги все.
– Я хотел пони с белыми пятнами, – пожаловался Хиро. – А ты вся одной масти.
– Всем приходится мириться с разочарованиями. Другого пони у тебя нет, на нем и поедешь.
– Но, пошла! – прошептал он словно издалека.
Она шлепнула его по ноге.
– Эй. Вернись! У нас с тобой еще есть работа, причем разная. Я не могу делать свою, если ты не делаешь твою.
– Прости, – ответил он. И замычал что-то немелодичное.
Она начала мысленно составлять список дел. Получить в медотсеке матрицу ДНК Хиро. Найти способ снять карту его мозга. Потом вылечить его. Но как вылечить?
Она вспомнила о миссис Перкинс, хранительнице своих тайн, покачивающейся в кресле в ее библиотеке. В ней хранились взломанные карты мозга, закрытые навечно, как флаконы с оспой. Ключ к выздоровлению Хиро был там же.
– У тебя всегда была сила, Дороти, – сказала себе Мария, воображая, как звонко стучат один о другой красные башмачки.
– Ты Мария, – сказал Хиро.
– А ты Хиро, – ответила она, ощущая прилив новой энергии. – И с тобой все будет хорошо.
Шестое пробуждение: Минору Такахаши
Бог из Беге
В медицинском отсеке Мария уложила Хиро лицом вниз. Чистых постелей не было, и она положила его на ту, где он лежал привязанный. Сняла с него комбинезон, вымыла Хиро и зашила раны. Он потерял много крови. Она запрограммировала медицинский принтер на синтез нужной крови.
И с отчаянием поняла, что не сможет использовать умные шприцы. Поэтому опять поставила Хиро капельницу с болеутоляющим; эта капельница у него уже была, поэтому в ней осталась только половина лекарства.
– Тебе не стоило пить так много, – сказала она. – Кстати, и мне тоже.
Хиро вдруг заговорил, заставив ее вздрогнуть.
– Долго сидел в тюрьме за преступления ядокари, а потом еще дольше, пока психиатры пытались с ними справиться. Гипнотическое внушение действовало, но только пока я не просыпался в новом теле.
Мария затаила дыхание, опасаясь, что любой звук может вырвать его из разговорного транса. Он не открывал глаза.