Джоанна кивнула.
– Возможно, какая-то ее попытка отомстить, вышедшая из-под контроля. То же относится к Хиро.
Джоанна снова осмотрела тело Хиро в поисках ран.
– Похоже, у него травм нет. Мы все же предполагаем, что он повесился до бойни, потому что кто-то другой отключил гравитационный двигатель.
Вольфганг покачал головой.
– Корабль некоторое время продолжает вращаться по инерции, так что отключение двигателя не уничтожает гравитацию сразу. Он мог выключить двигатель, а уж потом повеситься.
– Он должен был умереть почти одновременно с другими, – сказала Джоанна. – Хочется думать, что кто-нибудь из нас все-таки снял бы его и привел в чувство раньше, чем проснулись другие.
– Если мы не оставили его мертвым как самоубийцу, – напомнил Вольфганг. – Но все равно, когда я проводил первоначальный осмотр, температура его тела была такой же, как у остальных.
– Значит, почти в одно время.
Джоанна вздохнула и пригладила свои черные кудри.
– Теперь главная загадка. Мария. Не вызывает сомнений, что кто-то отравил ее цикутой. – Она скрипнула зубами. – Должно быть, она поняла это – и что? Пошла в секцию клонирования, чтобы всех разбудить? И заодно стерла наши карты мозга? И все записи?
Заговорил РИН:
– Недостаточно данных. Большая часть памяти очищена.
– Конечно, – сказала Джоанна. – Кто-то должен был отравить ее примерно на час раньше катастрофы, я бы сказала. Кто и зачем?
– Остальные тела не вызывают вопросов, – сказал Вольфганг, склоняясь над мертвым Полем и разглядывая кровоподтеки у него на шее. – Удары ножом и удушение. Тут, по крайней мере, загадок нет.
– Только одна: кто это сделал, – поправила Джоанна.
– Да, только одна.
Джоанна сморщила нос.
– Надо провести последнее сканирование и наконец отправить тела в рециклер. Они начинают пахнуть.
– Жаль, у нас нет настоящего морга, – сказал Вольфганг. – Мы предполагаем, что кто-то отравил Марию. Сама она не травилась. Она все поняла и попыталась предупредить остальных. Убийца узнал об этом и начал убивать. Затем… повесился Хиро? Что, если на капитана напала Мария?
– Даже если бы Мария была в этой битве нападающей стороной, я бы все равно постаралась спасти обеих, – сказала Джоанна, покачав головой. – В таком случае она должна была бы пытаться сделать себе промывание в медицинском отсеке. А если это Мария убила нас всех, потом отравилась и нажала кнопку воскрешения?.. Но это не объясняет, что произошло с капитаном.
– И ножевые раны Марии. Может, нас всех по-разному убил Хиро, а потом повесился из-за чувства вины, – предположил Вольфганг.
– Маловероятно, – ответила Джоанна. – Надо учитывать гравитацию, и зачем ему было вешаться, если он знал, что Мария нажала кнопку воскрешения?
– Последовательность событий все еще неясна.
– Да, но сейчас мы ближе к истине, – сказала Джоанна, делая новые записи. – У нас появились новые данные.
– Мы по-прежнему не знаем, кто напал на капитана. – Вольфганг снова укрыл тела простыней. – Мы, в общем-то, снова на первой клетке, в начале расследования.
– Думаю, пора начать допросы, – предложила Джоанна.
– Начиная с нас.
Вольфганг смотрел на нее, приподняв светлую бровь.
Джоанна пожала плечами.
– Хорошо. Давай посмотрим, сумел ли Поль добыть новую информацию из компьютеров, а Хиро – из навигационной системы. Потом поговорим.
После еды Мария предложила Хиро помочь ему в рулевой рубке, ведь он помог ей на кухне. К несчастью, она знала о навигации в космосе гораздо меньше, чем о приготовлении пищи, поэтому просто ждала, когда понадобится ее помощь.
Она заглянула через плечо Хиро, ее черные волосы щекотали его ухо.
– Итак, мы направляемся… куда?
Он осторожно отстранил ее и потер ухо.
– Мы отклонились от курса на девять градусов. Я мог бы вернуть нас на курс и увеличить скорость, если бы сумел переманить РИН на нашу сторону.
– Я на вашей стороне, – послышался голос РИН. – Например, как вам такая информация: я установил, что, если произойдет нечто, по моему определению, катастрофическое, я буду обязан развернуть корабль и вернуться на Землю? Это я и делаю.
У Хиро отвисла челюсть.
– Нет-нет-нет, мы не можем вернуться. Если вернемся, нас точно казнят. Нас ждет только это, РИН: если экспедиция потерпит неудачу, нам не жить.
– Необязательно, – сказал РИН. – Будет суд.
– Ты шутишь? – спросила Мария. – Суд, который установит, что мы не выполнили задание и потому лишаемся всех прав на жизнь и собственность. Заранее известный приговор. Нам обязательно нужна другая возможность, РИН. Пожалуйста.