– Это все, о чем ты можешь думать? Ты ел пару часов назад, – сказала Мария.
– Ну да. Я все равно голодный.
– Я заранее приготовила кое-что для сандвичей, чтобы вы сегодня могли есть, когда захотите, – сказала Мария, показывая на стойку, где лежали ломти хлеба, разное мясо и сыры и ломтики синтетических овощей. Пищевому принтеру было почему-то легче готовить белок, чем овощи.
– Ты правда делаешь свинью? Почему? – спросил Хиро.
– Потому что в инструкции сказано, что это можно сделать. Во всяком случае, если верить РИН, который был так любезен, что перевел ее мне.
И она подняла повыше планшет, в котором у нее наконец были инструкции на английском и испанском языках.
– Похоже, все работает нормально. Если это можно назвать нормальным.
Он поморщился. Мария его не винила. Не каждый аспект печатания пищи приятно наблюдать, особенно если видишь это впервые.
– Не знаю, но, если не получится, придется выбросить в рециклер очень крупный объект, – сказала она.
– Не могу смотреть, как сплетают внутренности свиньи, – пробормотал Хиро, вытаскивая свой планшет. – Нужно посмотреть, что говорится в японской инструкции о свинье. Это неестественно.
– Конечно нет, это синтетическая пища, – напомнила Мария.
Хиро вызвал инструкцию и молча стал читать. Он поднес экран к лицу и шепотом читал по-японски.
– Эй, можно взять твой планшет? – спросил он. – Хочу видеть английский перевод. Чтобы сравнить перевод РИН с этим.
Она протянула ему планшет, не сводя глаз с Беге.
– Конечно. Я читала по-испански, но пролистай вниз, и будет тебе английский.
Он полистал и стал сравнивать тексты на планшетах. Потом побледнел и вернул ей планшет.
– Да, ты права.
Мария, встревожившись, забрала планшет. Положила руку на рукав Хиро.
– Погоди, ты в порядке? У тебя такой вид, словно тебя будут готовить следующим.
Хиро побледнел еще чуточку, но попытался ответить прежним небрежным тоном.
– Нет… нет, все в порядке. Просто тут используются обороты, которых я не слышал несколько десятилетий. Просто странно, что, хотя язык развивается по мере совершенствования технологий, инструкции остаются такими же сухими, как всегда.
Верно?
Марию он ни на мгновение не обманул.
– Конечно, Хиро. Как скажешь.
– Правда. Я в порядке. – Он снова взглянул на свой планшет. – Думаю, мне надо отдохнуть. Позвони, когда свинья будет готова.
Она с тревогой смотрела, как он уходит. Зазвенел ее планшет, и она ответила:
– Да?
– Мария, ты одна? – спросила Джоанна.
– Да, если не считать РИН.
Джоанна помолчала.
– Как сегодня прошла очистка?
– Убрала меньше четверти. В секции настоящий кошмар. Я сделала перерыв, чтобы запрограммировать еду, потом вернусь туда.
– Понятно. Что ж, там опасно, очень легко подхватить инфекцию, поэтому если что-нибудь случится, сразу сообщи мне, поняла?
– Ясное дело, – сказала Мария.
Хиро лежал в темноте на спине, уверенный, что у него паранойя. Иного объяснения он не видел.
Он не мог подтвердить то, что прочел. Никто, кроме него, не читал по-японски. Кроме РИН, но Хиро не хотел показывать ему инструкцию.
Осознание обрушилось на него внезапно, и он рывком сел. РИН уже читал инструкцию, он перевел ее для Марии. Но не перевел ту часть, которую видел Хиро. Это осознание лишь усугубило его страх и сомнения. Надо поговорить с врачом.
– РИН, ты здесь? – спросил Хиро.
– Да, но плохо тебя вижу. Вижу твой тепловой абрис. Почему ты в темноте, Хиро?
– Просто думаю. Спасибо, что перевел инструкцию для Марии.
– Это одна из моих многочисленных обязанностей.
– Я заметил, что ты перевел не все, – небрежно заметил Хиро. – Как в разделе «Использование», верно?
– Маловероятно. Я перевел все, что нашел, – сказал РИН, и в его голос прокрались тревожные нотки. Восстанавливаясь, он все чаще говорил как человек. Он помолчал. – Там был какой-то сбойный код. Я его пропустил.
– Ты не заметил там моего имени? Конкретно моего?
– Что ж, раз уж ты об этом заговорил, – да, я припоминаю, что возле этого сбойного кода стояло твое имя. Должно быть, я увидел твое имя и решил, что это личное сообщение.
Хиро нахмурился.
– Каков сейчас твой процент восстановления?
– Примерно пятьдесят семь процентов.
Хиро снова плюхнулся на кровать и стал смотреть в темноту.
– Ладно, поговорим об этом, когда ты больше станешь собой.
– Хорошо бы. Я собираюсь перевести для Марии всю инструкцию, включая сбойный код. Вдруг она ей понадобится.
– Нет, пожалуйста, не надо, – горячо возразил Хиро. – Я абсолютно уверен, что это не информация о пище. Я сам расскажу ей, когда лучше пойму. Обещаю.