– Значит, ты знакома со всеми знаменитыми клонами той поры? С докторами Гриндстафф и Келли, с Салли Миньон?
Джоанна рассмеялась.
– Но я вовсе не сидела на школьной скамье вместе с нобелевскими лауреатами, создавшими клонирование. Однажды на конференции познакомилась с доктором Гриндстафф. Она выступала с докладом, и у нее не было времени на болтовню. С Келли я никогда не встречалась. С Миньон знакома.
– А знала кого-нибудь из экипажа «Дормире» до полета?
– Все меньше похоже на попытку получше меня узнать и все больше – на допрос, – сказала Джоанна. – Я не знала никого из экипажа. И уже сказала, что была знакома с Миньон.
Ее вдруг осенило.
– На самом деле ты хочешь знать, в чем мое преступление, – сказала она. – Пытаешься слепить из кусочков наше прошлое.
– Ты можешь меня упрекнуть?
– После того как я подлатала половину экипажа, ты все еще раздумываешь, не я ли убила всех нас?
Он молчал. Джоанна вздохнула.
– Мои преступления политические, не насильственные. Я никому не причинила вреда. Как и для всех вас, этот полет – мой выход. В порядке одолжения Салли Миньон помогла мне получить эту работу.
– Действительно. Салли Миньон.
Это не был вопрос. Он говорил задумчиво.
– Моя очередь? – спросила она.
– Очередь?
– Задавать вопросы. Это было бы справедливо.
Он вдохнул и откинулся на спинку кресла.
– Давай. Если верить капитану, я – открытая книга.
– Начни с твоей первой жизни, с твоего опыта как клона и с того, каковы твои политические взгляды. Давай ускорим разговор.
– Хорошо, – согласился Вольфганг. – Ладно. Как ты знаешь, я родился на Луне. Клоном стал уже стариком.
– Несколько поколений семьи прожили на Луне, верно?
– Откуда ты знаешь?
– Для твоего пробуждения потребовалось лунное тяготение. Плюс твои рост и цвет кожи. Но в твоей истории что-то пропущено, – сказала она. – Если твои записи верны, ты стал клоном в 2207 году, во время мятежа клонов. Почему ты именно в это время решил стать клоном?
Вольфганг смотрел мимо нее, ни на чем не фокусируя взгляд.
– Я не решал. Решение приняли за меня. Клонировали вопреки моей воле. Потом мне удалось сбежать от тех, кто меня захватил. Я ушел в лунные вооруженные силы, стал летать в экипаже, который водил шаттл от Земли до Луны и обратно. – Он пожал плечами. – Вначале я работал личным телохранителем, потом пилотом, при любой возможности учился, дослужился до главы частной охранной фирмы на Луне. Потом меня наняли на «Дормире». Это ты хотела узнать?
– Ты о чем-то умалчиваешь. О чем-то важном? – спросила она, потирая подбородок. – Официально у тебя было… пять жизней?
– Их было гораздо больше пяти, – тихо сказал он. – И почти все заканчивались в мой первый день в качестве клона.
История Вольфганга
211 лет назад
25 сентября 2282 года
Дети мои, мы далеко зашли в мире Господа нашего. Мы взяли Землю, которую он дал нам. Мы взяли Луну и сделали ее своим домом. Благодаря науке. Он щедро одарил нас.
К несчастью, Сатана подвергает нас посредством науки искусам. Змий породил лекарства, которые прерывают беременность и убивают неродившихся Божьих чад. Змий лжет, змий нашептывает. И это змий дал нам клонирование. Ведь это лучше разнесет слово Сатаны, чем армия бездушных?
Люди спрашивали меня. Сеть «Луна ньюс» спрашивала меня. На Земле Си-эн-эн спрашивала меня. Некоторые из вас, благослови вас Господь, спрашивали меня. И я скажу любому то же, что говорил вам: когда человек умирает, его душа отправляется к Господу или к Сатане. Если человек возвращается, думаете, Господь вернул ему душу? Конечно нет. И змий не отдаст свою полученную бесчестным путем добычу. Те, кто вернулся клоном, не имеет души и не знает водительства Божьего.
Мне бросают бесчисленные вызовы! Разгораются гневные споры! Люди ли это по закону? Могут они наследовать себе самим? Преступление ли – убийство клона? Эта точка зрения непопулярна, но я не считаю преступлением избавить этот мир от мужчины или женщины, которые не суть дети Господа, у которых нет души.
[Пауза, пока стихнут крики протеста.]
Величайший дар – дар жертвенности. Христос отдал за нас свою жизнь. Клон никогда не станет жертвовать; для него такая жертва ничего не значит, ведь на другой день он оживет, и все пойдет по новой. Когда ты клон, все теряет для тебя смысл. Нет ни любви, ни смерти, ни жизни.
Господь сказал «не убий», но не сказал «не устрани». Я не призываю вас создать армию охотников на клонов. Но, встретив человека, который скажет, что он клон, пожалейте его. Знайте, что смотрите в глаза существу без души. Не слушайте никакие его доводы, потому что его доводы не основаны на морали. Ему нет места в царствии Божием. Клон хуже безнравственных, хуже неверующих, хуже нарушителей десяти заповедей, ибо бездушие не исходит ни от добра, ни от зла. Оно исходит из такого места, о котором мы еще ничего не знаем, и это пугает меня больше всего.