Честно говоря, весна казалась настолько далёкой, что я даже не мог её представить. Будет ли Лилия беременна к тому времени? Как сложится наша жизнь? Но эта временная дистанция также облегчила согласие. В конце концов, никаких реальных обязательств не было. Сказать «да» сейчас никому не повредит, а вот «нет» позже будет легко произнести, когда мы не будем сидеть все вместе.
Анна подняла стакан с газировкой и произнесла тост.
– За дружбу, – сказала она. Мы все подняли бокалы.
– За дружбу с привилегиями, – добавил Денис, и все рассмеялись.
*
После обеда мы вернулись в парк и покатались на традиционных каруселях, «Чайных чашках» и прошлись по веревочным мостикам над виртуальными безднами. На мой взгляд, это самые детские аттракционы, те, которые представляешь себе, когда ты маленький. Но всё, что они сделали, – это переключили наши мысли на более взрослые темы.
Думаю, это был день заката. Мы все чувствовали, как медленно приближается вечер, хотя солнце всё ещё стояло высоко в небе. Как оборотни, мы ощущали приближающуюся трансформацию. Каждая минута приближала нас к моменту, когда наши невинные смешки превратятся в страстные стоны.
Несколько дней назад я постоянно задавался вопросом, что произойдёт. Я не мог представить, как мы сойдёмся друг с другом и сойдёмся ли вообще. Однако спустя четыре дня единственным вопросом было то, какую форму примет наша близость. Буду ли я с Катей или Анной?
Остальные явно испытывали то же предвкушение. Мы все сидели в одном ряду на «Микромире», но это не помешало Анне и Кате по очереди украдкой поцеловать меня, а Лилии – сделать то же самое с Олегом и Денисом. Это была большая лодка, полная семей, поэтому мы держались в основном прилично. Лёгкие поцелуи, которые обещали гораздо больше.
На «Чайных чашках» я оказался в одной кабинке с Анной и Лилией. Аттракцион был слишком быстрым для поцелуев. Но когда наша чашка завертелась, и Анна поймала мой взгляд, она быстро приподняла рубашку, показывая мне свои маленькие круглые груди. Это длилось меньше секунды, но всё же.
Я посмотрел на Лилию, чувствуя странное неудобство. Моя жена ответила, приподняв свою рубашку и дав мне взглянуть на её маленькие, обтянутые кружевом груди. Обе девушки расхохотались. Это было шаловливо, конечно, но не более того.
В «диких джунглях», однако, мы смогли разделиться на пары, каждая на своём слоне. Катя запрыгнула в аттракцион вместе со мной, как горячая светловолосая тигрица. Она обняла меня за грудь и положила голову на плечо, пока мы медленно раскачивались на спине несуществующего в реальности слона. Это было так же интимно, как и любой из наших предыдущих поцелуев.
– Мне это нравится, – сказала она. – Ты мне нравишься.
Я повернулся и улыбнулся ей, зная, что этого будет недостаточно.
– Ты мне тоже нравишься, – ответил я, и Катя усмехнулась.
– Видишь, прошло всего несколько дней, а я уже так хорошо тебя знаю, – сказала Катя. – Дай мне ещё неделю, и я завладею твоими мыслями и чувствами.
Затем наступила неловкая тишина. Не такая, к которой я привык, в которой прожил всю жизнь. На этот раз я почувствовал, как тревога скребётся у меня в груди. Это то, что чувствуют экстраверты, когда никто не говорит, и они остаются наедине со своими мыслями?
– Извини, – сказала Катя, – я не хотела тебя расстроить.
– Всё в порядке, – ответил я. – Честно говоря, мне бы повезло. Это большая честь.
Катя вздохнула, довольная, и уткнулась головой мне в плечо. Наши слоны медленно опустились на землю. Поездка закончилась.
– Ты хороший человек, Дима, – сказала Катя, когда мы остановились.
Я взглянул на слона напротив, где Лилия сидела с Олегом. Она поймала мой взгляд и слегка помахала мне, улыбаясь. Я не чувствовал себя хорошим человеком.
Ни капельки.
*
На ужин мы взяли бургеры в «Точке». Под серенады инопланетной синекожей дивы договорились разделиться, чтобы успеть сделать больше до конца дня. И снова все были слишком вежливы, когда решали, куда пойти и как разделиться. В итоге Анна, Катя и я отправились на «Эльфийскую гору», а Лилия, Денис и Олег пошли фотографироваться с персонажами.
Я с тоской посмотрел на Лилию, когда она, почти сияя в вечерних сумерках, уходила из ресторана в окружении двух мужчин.
– С ней всё будет в порядке, –в который раз повторила Катя. Она взяла меня за руку, когда мы втроём прошли мимо механических деревьев к большому белому зданию, похожему на безе.
– Ты всегда так говоришь, – откликнулся я, возможно, с ноткой унынья.
– И она всегда права, – добавила Аня, схватив мою свободную руку.
– Спасибо, Аннушка, – сказала Катя, и её радость от похвалы спортивной женщины звучала искренне.