Мы все захлопали, и Лилия гордо выпятила грудь вперед. Олег показал ей большой палец вверх.
– Отлично, -- одобрил он.
– Очень мило, — заметил Денис.
Теперь все мы были без рубашек, кроме Олега.
-- Мы… продолжаем? – вопрос Екатерины остался без звукового ответа. Но все согласились. Кто-то наклоном головы, как Денис, кто-то едва заметным кивком, как Лилия. Кто-то понимающими улыбками, как Денис и Олег. А я, -- просто промолчав.
Катя собрала карты и снова перетасовала. Учитывая все обстоятельства, у нас была на удивление мягкая первая попытка, мы потеряли только несколько предметов одежды из-за одного наказания и не вытянули ни одного туза.
Следующий раунд также прошел довольно легко. Олегу пришлось поцеловать Катю, а Анна поцеловала Дениса. У меня появился еще один шанс с Лилией, и на этот раз я тепло поцеловал ее в губы. Таким образом, это было почти как будто мы вернулись к прогрессу вчерашней игры. Только теперь еще и с жертвой одежды по ходу необычной шахматной партии.
Тем не менее, все оставалось в рамках приличий. В конце у нас был забег по пикам, до такой степени, что Анна и Олег остались полностью босиком. А Екатерина, загадочно сверкнув глазами, сняла с лодыжки золотую цепочку, не замеченную никем ранее. Но сделала она это так, будто невеста скатывала ажурный чулок перед нетерпеливым женихом, объятым ожиданием большего. Единственным крупным открытием было, когда Олег снял рубашку, демонстрируя свои хорошо очерченные грудные мышцы. Открылась загорелая бронзовая кожа и серебристые седые волосы на груди. Он выглядел удивительно хорошо, почти такой же рельефный, как Анна. Единственной уступкой возрасту была небольшая дряблость живота.
Я поймал взгляд Лилии, устремленный на Олега, но я не мог упрекать ее. Мои собственные глаза вели себя не лучше с Анной и Катей. Хотя ни одна из женщин еще не была обнажена по пояс.
Но это было совсем недалеко. И до этого момента все казалось опасным, рискованным. Но по сравнению с тем, что ждало дальше, становилось ясно, что мы играли в орлянку с мощной стихией.
Шедеврум вот так сгенерил третью пару. Денис И Анна.
6. Карты. Туз
6. Карты. Туз.
В следующем туре Анна сразу оказалась в непростой ситуации. Она проиграла в первом же раунде и теперь должна была расстаться с предпоследней деталью одежды. С неохотой она стянула спортивный бюстгальтер, и её не загорелая, округлая грудь на мгновение оказалась на виду. Анна инстинктивно бросилась прикрывать себя руками, хотя, казалось, стыд уже давно уступил место неизбежности.
– Там, в общем-то, не на что смотреть, – пробормотала она, покраснев до корней волос. Это было необычно для Анны – обычно она держалась уверенно, хоть и не с такой бравадой, как Катя.
– Если нечего, то покажи нам, – мягко подзадорила её Катя, её улыбка была тёплой, но с лёгким оттенком озорства.
Анна глубоко вздохнула и, набравшись смелости, опустила руки. Её грудь, небольшая и аккуратная, казалась ещё миниатюрнее на фоне широких, атлетичных плеч. Крошечные розовые соски, твёрдые от напряжения, выделялись, как маленькие шишечки.
– Моя грудь – это моя самая слабая часть, – призналась Анна, её голос дрожал.
– Тогда всё остальное должно быть просто потрясающим, – с улыбкой парировал Олег.
Анна невольно улыбнулась в ответ, хотя в её глазах всё ещё читалось смущение. Она покачала головой, словно пытаясь собраться с мыслями, но руки так и остались по бокам – она приняла правила игры, даже если это стоило ей гордости.
Следующий круг закончился для Анны очередным поражением. Красная карта лежала на столе, как символ ее неудачи.
– Я выхожу, мне больше нечем отвечать, – заявила она, указывая на сброшенные аксессуары и досадуя на проигрыш. Не столько публичное обнажение ее беспокоило, сколько поражение, горькое чувство бессилия перед случайностью. Это было больше, чем просто игра; это была битва с собственной несостоятельностью, скрытая за маской непринужденности.
Катя, с ее модельной внешностью и манерами кинодивы, попыталась сгладить ситуацию.
– Значит, все сводится к решению, как закрыть долг, – сказала она, словно это было очевидным выводом сложной математической задачи. – Я думаю, тебе стоит поцеловать... Диму.
Эта фраза прозвучала неестественно, как плохо отрепетированная строчка из пьесы.
Лилия, сдержанная и наблюдательная, высказала свое мнение:
– Я думала, мы играем по правилам, – сказала она холодно.