Ее слова, казалось, были адресованы не только Кате, но и всем нам. Я подумал, стала бы ли она так же решительно возражать, если бы оказалась в паре с Олегом. Ее реакция, конечно, была вызвана не столько игрой, сколько недовольством отступления от правил. Но тут был нюанс. Моя жена, хотя и пыталась выступить правозащитником, самим своим участием в игре подтверждала, что мы все были заложниками ситуации. Когда ситуация не умещается в рамках формальной договоренности, кто-то должен брать ответственность за ее разрешение.
И Катя без заминки согласилась на роль лидера, заявив:
– Речь не о картах! Это выход, когда правила не действуют!
Это было правдой лишь отчасти. Конечно, и Анна, и все мы могли прекратить игру в любой момент. Мы могли бы притвориться жертвами обстоятельств. Но это было бы ложью. В глубине души мы все хотели именно такого развития событий. Желали возбуждения, риска, тайного согласия на нарушение установленных границ. Каждый принимал участие в ритуале, наблюдая за забегом бессознательных устремлений, где каждый зритель лелеет надежду угадать, кто первым порвет финишную ленточку приличий. Мы упивались чувством запрета, близостью к табу, к той тонкой грани, где рациональное уступало место причудам подсознания. Азарт происходящего затмевал любые доводы здравого смысла. Игра в карты была метафорой нашей жизни, где мы все играли по правилам, которые сами же и создавали. И преодолевали их же ради острых ощущений. И, в конце концов, наша готовность к этим нарушениям и была настоящей игрой, куда более захватывающей, чем просто раздача карт.
Анна переместилась ко мне. Ее упругие стоячие груди закрыли для меня половину горизонта. Она прижалась губами к моим. Мы уже давно оставили позади поцелуй в щеку. Это был настоящий поцелуй. Мой член разом превратился из несколько напряженного в невероятно стоячий.
Анна прервала нашу связь. Она самодовольно ухмыльнулась мне, затем села рядом с мужем. Он бросил на нее оценивающий взгляд, и она ответила ему тем же.
Но у Дениса был свой ход. В следующий свой ход он поменял цвет стопки на черный, и мы принялись нагонять Анну в степени раздетости.
Когда очередь дошла до меня, я снял штаны, оставшись в тёмно-синих плавках. Момент был неловкий, моя эрекция и так уже привлекала внимание. Но теперь все могли убедиться в этом наверняка. Удивительно, но доброжелательная реакция женщин заставила меня улыбнуться. Катя подмигнула, а Анна, словно подбадривая, подняла большой палец вверх. Моя жена, хоть и покраснела, но тоже улыбнулась, и это придало мне уверенности. Несмотря на то, что я был почти раздет, я чувствовал себя странно комфортно – может быть, потому, что все вокруг находились в похожем положении.
Лилия, следующая в очереди, сняла свои шорты, обнажив зелёные трусики-бикини, которые идеально подчёркивали её миниатюрную фигуру. Лично мне не нравится, когда белье сверху и снизу не соответствует по цветам. Но невозможно идти против моды. Лиля поправила край трусиков, и этот, почти невинный жест, привлек внимание всех мужчин в комнате. Её узкая попка выглядела так, будто её выточили специально для этой игры. Я кожей почувствовал, как атмосфера в комнате становится ещё более наэлектризованной.
Олег, следующий в очереди, снял шорты, обнажив обтягивающие фиолетовые трусы. Они оставляли мало места воображению, и было очевидно, что он тоже возбуждён. Катин муж лишь усмехнулся, как будто это было частью плана, и бросил взгляд на свою половину. Катя, в свою очередь, избавившись ль изящного парео, осталась в кружевных чёрных трусиках, которые идеально сочетались с её бюстгальтером. Хотя очевидных признаков желания я видеть не мог, взгляд и лёгкая дрожь в ее голосе говорили сами за себя.
Игра продолжалась, и напряжение в комнате росло с каждым ходом. Мы все оказались в ситуации, где границы стёрлись, и оставалось только плыть по течению, наслаждаясь каждым моментом. Анна, сидя рядом с Денисом, время от времени бросала на меня игривые взгляды, словно напоминая, что это она начала всё это безумие. И, честно говоря, я не мог перестать думать о том, что будет дальше.
Катя выглядела как модель Victoria's Secret, вольготно, в позе римской матроны, возлежащая в нижнем белье. Загорелая кожа и идеальное тело напоказ, в обычной гостиной. Только руку протяни. Я вспомнил фильм 80-х, о двух похотливых старшеклассниках, создающих женщину мечты, используя фото из журнала. И, должен признать, что их результат был чертовски похож на то, что я сию минуту видел перед собой.