Денис и Анна, казалось, были поглощены своими мыслями. Как только мы добрались до главного здания, они предложили сходить в кафе и принести кофе для всей группы. Было ли это разумно оставаться квартетом в нашей ситуации? Не знаю. Но мы согласились, не задавая вопросов.
Пока мы ждали их возвращения, Лилия и я нашли уединённый столик в тени, прямо у кофейни, с видом на бассейн. Большинство других мест были заняты семьями с детьми, и их смех создавал контраст с нашим напряжённым молчанием. День уже начинал казаться невыносимо жарким, и тень стала нашим спасением.
Как только мы сели, Лилия наклонилась вперёд, её глаза мерцали, словно она готова была поделиться чем-то загадочным и важным.
– Мы оба разделись, – сказала она, её голос звучал чуть тише, чем обычно.
– И? – спросил я, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри всё клокотало.
– Оно было длинным и тонким, очень похожим на него, – продолжила она, её щёки слегка порозовели.
Это было не совсем то, о чём я спрашивал, но я кивнул, давая ей понять, что слушаю.
– Мы, хм, немного поцеловались, – призналась Лилия, её голос дрожал, но в нём чувствовалась искренность. – Он коснулся моей груди. Поверх рубашки. Это было... приятно, но в то же время неловко.
– Не как с Олегом?
– Нет, – Лилия замялась, подбирая слова, – Я знаю, это звучит странно, но мне не хватало тебя. Может, это часть забавы? Видеть, как ты что-то делаешь, наблюдать, как ты смотришь на меня. Я не знаю. А как насчет тебя и Анна?
– То же самое.
Мне всегда было намного легче разговаривать с Лилией, чем с кем-либо еще. Думаю, это одна из причин, по которой я влюбился в нее.
– Мы разделись. Мы немного… потрогались.
Лилия понимающе улыбнулась мне, услышав «потрогались».
– Она тебя завела?
Я опустил глаза.
– Да. Мне жаль.
– И она с тобой… тоже… возбудилась?
Я кивнул. Боже, как странно было слышать, что моя жена так открыто говорит об этом. Я начал беспокоиться, что она тайно одержима каким-то странным южным демоном суккубом. Астральная проекция настигла ее по дороге к морю, или что-то в этом роде.
Но не было, наверное, никакого суккуба. Не было кексов с веществами, расширяющими сознание. Не наблюдалось на горизонте даже Кати, на влияние богемного образа жизни которой можно было бы списать нашу моральную деформацию. Никто не заставлял меня истолковывать превратно фразу Анны о необходимости душа. Или Лилию давать мне карт-бланш на совместное с подругой посещение ванной комнаты. Или Анну, охотно пошедшую на встречу внезапному визиту.
– Это… потрясающе, – продолжила Лилия. Она похлопала меня по плечу. – Я рада, правда, рада, что ты позаботился о ней. Хотела бы я это увидеть.
– Действительно?
– Да. Не знаю, это так… горячо. Если подумать. – Она выпрямилась. – Вы двое не...?
– Только руки, – поспешно уточнил я.
– Хорошо, – откликнулась ровно Лилия. Я видел, как нервозность в ее глазах медленно тает. – Извини.
– Это было бы слишком.
– Определенно, –согласилась она.
Я откинулся назад, подставляя лицо солнцу. Янтарный поток щедро лился с безгрешных небес. Купол над нами был ярко-голубым, с большими пушистыми облаками, будто сотканными из воздушного зефира. Никаких признаков вчерашних бурь. Дети гонялись, заливисто хохоча, вокруг нас, пока их родители счастливо отдыхали за своими столиками с кофе. Птица с длинным тонким клювом, ибис, по-моему, клевала бетон неподалеку, выискивая в камне невидимых человеческому глазу личинок.
Анна и Денис вернулись к столу, держа в обеих руках по чашке кофе. Они широко улыбались. Я был почти уверен, что у них был разговор, подобный которому только что закончили мы с Лилией. И, скорее всего, они пришли к похожему результату.
Удовлетворив первую жажду, мы еще немного посидели, обмениваясь изредка короткими, ничего не значащими фразами. А после, собрав вещи, направились в дальнюю часть пляжа. Но вместо того, чтобы остановиться там, мы пошли по другой тропе, где зелень становилась гуще. Как раз в тот момент, когда я думал, что вот-вот и мы найдем уединенное место, растительность расступилась, открыв огромную парковку.
– Добро пожаловать в цивилизацию, – иронично прокомментировала Анна, указывая на белые многоэтажки, громоздящиеся по склону горы. – Наименее счастливое место в самом счастливом месте на Земле.
– Почему?
– Потому что здесь проживают те, кто обеспечивает праздник другим. Не празднуя сам.
Мы поднялись по длинному наклонному пандусу на станцию монорельсовой дороги. Монорельс выглядел как обычная система общественного транспорта, хотя станция была чище, чем любая стоянка электрички, которую я когда-либо видел. Платформа была полна людей, ожидающих, чтобы отправиться в парк аттракционов, расположенный выше по склону.