Все нервно оглянулись. Увернулись ли мы от пули или она попала прямо в грудь? Я не мог сказать.
Мы обратились к Лилии, чтобы она вынесла наказание Кате. Но моя милая жена запнулась.
-- Никакого алкоголя, — протянула Лилия, перебирая варианты.
-- И никаких поцелуев... Все остальное — приемлемо, — продолжила Катя. Черт возьми, это прозвучало провокационно!
-- Давайте дадим Лилии подумать, — слова Анны прозвучали решительно и нетерпеливо. – Пока есть настроение, я хочу!
Вопрос Анны оказался неожиданно смелым. Она без затей перечислила места, где предположительно занималась сексом: кровать родителей, примерочная кабинка магазина одежды и душевая спортзала. Мы сошлись во мнении, что раздевалка была ложью. Магазин одежды казался слишком конкретным, а спальня слишком обыденно), но это оказалось ошибкой.
-- В постели моих родителей было бы отвратительно, — сказала Анна, как будто два других варианта были такими моральными, что за них на небесах давали плюсики в карму.
-- Я пытался ее убедить, — сказал Денис, театрально пожав плечами, и мы все рассмеялись.
Анна торжествовала, и, не медля, она озвучила желание:
-- Пусть Дима и Лилия исполнят для нас танец. На их выбор.
Мы с женой переглянулись. Она потянулась было к сброшенному на шезлонг по случаю принятия солнечных ванн, платью.
-- Ну нет, -- ладонь Дениса перехватила ее тонкое запястье. – Танцуем в чем есть.
Я пожал плечами. Черный консервативный купальник Лилии не располагал к особенному эротизму. Мы коротко обсудили наш эстрадный номер с женой. И не нашли ничего лучше, чем воспроизвести тот танец, что исполняли на свадьбе. По крайней мере, мы его репетировали. Что несколько компенсировало мою общую неуклюжесть.
-- Не томите! – подтолкнул нас Денис к центру импровизированного танцпола. Он даже заботливо включил нам вальсовую музыку, выбрав трек на смартфоне.
-- Боюсь, вы пожалеете о своем выборе, -- буркнул я.
Но все прошло гладко.
Мы начали танцевать под тихую музыку, которая лилась из динамика. Девушка в черном купальнике и парень, в цветастых шортах и майке, осторожно держащий её за в объятиях, словно боясь нарушить момент. Наши движения медленны, почти невесомым, как будто мы переступаем не на бетонном пятачке, а где-то между небом и водой. Вот так же неспешно, с тем же настроем, я обожаю начинать заниматься любовью с Лилией.
Друзья, сидящие вокруг, не могут этого знать. Но тихо перешёптываются, делясь впечатлениями. Я кожей чувствую их взгляды, прикованные к нашей паре. Лилия улыбается, слегка наклонив голову, а я смотрю на неё с нежностью. Звуки стихают. Остаемся лишь мы, в нашей идеальной, ритмично пульсирующей Вселенной. Наши тела движутся в унисон, словно мы всегда знали этот танец, а не выучили его за две недели до церемонии. Ветер подхватывал кудрявые волосы Лили, отбрасывая пряди мне на лицо. Моя рука осторожно касается её спины, как будто боясь разрушить хрупкость момента. Ладонь отыскивает «наше», кошачье местечко. Лиля вздыхает и едва заметно вздрагивает, несмотря на то, что кожа прикрыта тканью купальника. Вряд ли кто-то из присутствующих заметил. Потому что и эта мимолетная дрожь, и это спонтанной «ах» только для нас. Только лишь для меня…
Когда музыка заканчивается, мы замерли на мгновение, всё ещё держась за руки. Зрители хлопают, и улюлюкают, разрушая магию.
Следующим вызвался Олег. Его триплет состоял из: «Я пел в составе рок-группы». «Однажды в институте мы с парнями застукали преподов за интимом». И «мне было четырнадцать, когда я впервые увидел порно».
Я, если честно, пребывал в замешательстве. И, если бы отвечал сам, просто бы положился на случай. Но Денис каким-то чутьем уловил ложь сразу. О чем и объявил громогласно:
-- Ответ номер три!
-- Так и есть! Готов принять наказание, -- с невозмутимостью истинного джентльмена откликнулся муж кинозвезды.
-- Стойка на голове! – выпалила изрядно захмелевшая к тому времени Аня.
-- Вообще-то Денис должен выбрать, -- немного робко поправила моя спутница.
-- Ничего. Я уступаю это право даме. Даме моего сердца, -- денис галантно и немного показушно поцеловал ладонь Ани.
-- Может быть у стены? – я видел, что Лилия опасается, как бы немного безрассудное требование Анны не стало причиной серьезной травмы для, чего уж там, не столь уж юного мужчины.
-- Нет необходимости, -- коротко прервал прения Олег. Он скатал сброшенную одежду, сооружая подобие маленькой подушки. Подушки для макушки. Его тело поражало скульптурностью форм. И я невольно подумал, насколько же он великолепен был в молодости.
Олег встал на колени, опустил голову, пристраивая ее на подушечку, между ладоней, сцепленных в замок. И непринужденно, с грацией акробата выполнил стойку на голове!