От имени верхней ложи дворца наследный принц Гидеон призвал народ Галланта сплотиться против тех (личность на данный момент не установлена), кто пытался устроить диверсию в шахте Уинчкомб, – по слухам, незаконную деятельность пресекла сама Найтингейл. «Мы все должны проявить бдительность перед лицом подобных попыток подорвать нашу промышленность! – заявил наследный принц. – Эфир – это кровь Галланта, и любой человек или организация, которые стремятся посеять раздор или подорвать работу шахт и фабрик, предают всё, что ценно и важно для нашей нации!»
Постойте-ка, что он имел в виду под «организацией»? Звучит так, будто в подрыве шахты он хочет обвинить профсоюз! Но это же бред. Если бы мы с Джаспером не расстроили планы мистера Тёмные Очки, он мог бы взорвать всю пещеру, когда шахтёры уже приступили к работе. К тому же профсоюз не такая организация. Они выступают за безопасные условия, достойную оплату труда и справедливое обращение. По крайней мере, таковы были цели профсоюза, у истоков которого стояла моя мама. Могло ли там что-то измениться?
Знакомый голос отвлёк меня от мыслей. Я окинула взглядом улицу и увидела, что со стороны Комсток-стрит ко мне идут четыре девочки.
– И это всегда так? – спрашивала Софи. – Они запирают двери в мастерскую, а ключ только у мастера участка? А если несчастный случай? А если вам надо в туалет?
– Поэтому они так и делают, – ответила Кора. – Чтобы тебе приходилось спрашивать разрешения. Ты не можешь просто ускользнуть и сделать паузу, чтобы они не засекли время.
Я попыталась понять, что всё это значит. И почему Софи идёт со стороны фабрики Пиншоу.
– Софи? – выпалила я. – Зачем тебе знать фабричные правила?
Она подняла на меня взгляд, в котором угадывалось что-то виноватое. Потом расправила плечи:
– Потому что теперь я там работаю уборщицей.
– Но… а как же твоя работа в «Газетт»?
– Я там больше не работаю.
– Что? Тебя уволили?!
– Нет. Я ушла.
– Но…
– Что ты здесь делаешь, Ларк? – перебила она встречным вопросом.
– Я… эм… – Я запнулась, позабыв всё, что собиралась сказать. В тот момент мне захотелось просто развернуться и убежать. Но ради Софи и Блайз я обязана всё исправить. К тому же это будет… здорово. Разве нет? По крайней мере, я смогу отвлечься от мыслей о мистере Тёмные Очки, пока жду, что там Джаспер намудрит с куском железа. – Я пришла, чтобы извиниться за вчерашнее, – твёрдо сказала я. – Я хочу отвести всех вас в какое-нибудь абсолютно распотрясное место, чтобы отпраздновать день рождения Блайз.
– Нет такого слова – «распотрясное», – сказала Софи. Её голос был холоден. Как и тёмные глаза, пристально смотрящие на меня. Внутри у меня всё сжалось, но я не отступила. Софи рациональная. Софи честная. Она поймёт, если только у меня получится убедить её дать мне шанс.
– Подожди, пока не увидишь то место, а потом сама решай, – сказала я, всей душой надеясь, что те кадеты знают, о чём говорят. – Вчера вечером всё накрылось медным тазом, и клянусь, я хочу всё исправить. Правда, Блайз.
Блайз поджала губы, размышляя, а Софи продолжала смотреть на меня пристально и слегка с подозрением. Но Кора и Нора синхронно просияли. Нора захлопала в ладоши, а потом сделала жест, который я поняла как «где?».
– Идёмте, – ответила я. – Я вам покажу.
– Вот оно, Квиксби-стрит, – сказала я спустя двадцать минут, за которые мы успели заглянуть в пансион за Уиллоу и дойти до Рульки. К счастью, мисс Старвенжер была полностью поглощена новым выпуском своего любимого «Галантного сплетника» и тайными похождениями герцога Прима и не заметила, как мы ушли. Вечернее небо было чистое и кристально синее и манило людей на улицу.
– Мы почти пришли.
Во всяком случае, я на это надеялась. Квиксби не такая уж длинная улица. То место должно быть где-то здесь.
– Ну и где это? – спросила Блайз. – Куда ты нас ведёшь, Ларк?
Нора что-то взволнованно показала руками и указала на нечто впереди.
– Здесь! – торжественно объявила я, когда все мы уставились на огромный знак в виде стакана со светло-зелёным пенистым лимонадом, ярко-красной вишенкой сверху и надписью «ДЭШЛИЛЛИ» по всей длине, выложенной узорчатыми буквами, которые мерцали эфирными, постепенно меняющимися цветами, от кислотно-розового до зелёного.
Кора прочитала текст внизу, написанный маленькими золотистыми буквами:
– «Сотня вкусов! Лимонады, мороженое и сладости почти задаром! Входите и наслаждайтесь пузырьками!» – и пискнула: – О-о-о, как думаете, у них есть манговый? Я всегда хотела такой попробовать!