— Наталья Борисовна Светлова, — представил тот женщину, в фигуре и посадке головы которой, несмотря на преклонный возраст, была подчеркнутая прямота.
— Извините, Наталья Борисовна, за беспокойство, — сказал Миронов. — Обстоятельства, как видите, весьма печальные. Они вынуждают срочно с вами побеседовать.
— Да, да, я понимаю, — тихо проговорила женщина. — Як вашим услугам.
— Проходите в квартиру. Вы, говорят, были хорошо знакомы с Никифоровой?
— Да, с Галиной Васильевной мы знакомы семнадцать лет. Живем по соседству. А близко сошлись, можно сказать подружились, когда остались вдовами. Галя после смерти мужа впала в хандру. Мы вместе съездили на юг, на обратном пути Галя навестила сестер. Вернулась повеселевшей, продолжала работать.
— А сестры где живут?
— Татьяна — в Новгороде, Людмила — в Горьком, а Ксения — где-то на юге.
— А дети Никифоровой?
— Дочь за военным, живет на Севере. Сын тоже женат. В этом доме квартирует.
Воспользовавшись паузой, Светлова добавила:
— Может, это к делу не относится, но я должна сказать, что Галя была исключительная женщина, превосходно воспитанная, обаятельная, сердечная. В своем почтенном возрасте она была духовно молодой. Мы посещали концерты, театральные представления…
— А кто здесь кроме вас бывал? — спросил Миронов, направляя разговор в нужное русло.
— Антонина Сергеевна, она живет в соседнем доме, — сказала Светлова. — Максим Савельевич, именовавший себя художником.
— Почему «именовавший»? — уточнил майор.
— Понимаете, он довольно пространно изъяснялся, но лично его картин я не видела.
— Работает?
— В какой-то мастерской.
— А как Никифорова к нему относилась?
— По-моему, она радовалась, когда он приходил.
— А сын? С ним отношения были нормальные?
— Я бы не сказала.
— Обижал?
— Мне трудно судить, — уклончиво ответила Светлова.
— Расскажите о нем все, что знаете.
— Видите ли, особого благородства он не проявлял, а оговаривать человека…
— Правильно. Только сейчас все важно.
— Понимаю, — согласилась Светлова и продолжала — Дело в том, что Галина обычно не жаловалась, но однажды, помню, обронила, что в легкомысленной голове Василия не удерживается ни одна серьезная мысль.
— Что она имела в виду?
— С работой у Василия не ладилось, а потом он взял да и женился на женщине с двумя детьми.
— Здесь, в квартире, вы его видели?
— А как же, видела. Последний раз недели полторы назад. Вечером, когда мы с Галиной чаевничали, он и пожаловал, малость подвыпивший. «Сидите, чаи гоняете», — недовольно проворчал, потом что-то еще пробурчал, помялся и ушел. «Опять, наверное, приходил просить на водку», — пожаловалась Галина.
Миронов встал. Опять всплывают деньги, подумал он.
Как часто они фигурируют в подобных ситуациях! Сколько из-за них зла, горя, трагедий!
— А кто еще заглядывал сюда на огонек?
— Заглядывали, скрывать не буду. Галина любила гостей, особенно мужчин. Пожалуй, вам следует встретиться с Макаровой. Она живет в нашем доме, на пятом этаже, окна ее квартиры как раз напротив. Там и сейчас свет в окнах, видите? Когда-то Макарова с Галиной вместе работали в магазине. Старушку разбил паралич, она уже года полтора из дома не выходит.
— Хорошо, воспользуюсь вашим советом, — сказал майор и продолжал — Вы, Наталья Борисовна, судя по всему, тут свой человек. Что, по-вашему, изменилось в квартире? Может, что-то исчезло или, наоборот, появилось?
— Вроде бы все на своих местах, — оглядев комнату, ответила Светлова. — Разве вот тазик у дивана…
— Это наши товарищи поставили, — пояснил Миронов. — Прикрыли след, чтобы ненароком не затоптать. Кстати, не желаете взглянуть?
— На след-то? — Светлова вздохнула. — Что я в этом понимаю?
Она поднялась и направилась к серванту. Подходя, бросила настороженный взгляд на раскрытую шкатулку, отделанную перламутром и серебром. Ее лицо вдруг вытянулось, глаза расширились.
— Не вижу главной вещицы. — В голосе Светловой прозвучала тревога. — Здесь Галина хранила брошь с большим бриллиантом. Подушечка тут, а вещицы нет. Брошь от гарнитура. Еще должны быть серьги, подвески и перстень с бриллиантами. Дорогой гарнитур. Галине он достался по наследству от матери. Разрешите, товарищ майор…
Светлова открыла нижнюю левую створку шкафчика и указала на шкатулку.