— Квартировали у Купылеха?
— Да, полтора месяца.
Миронов загорался новой версией. Он многозначительно переглянулся со следователем и, получив молчаливое «добро», обратился к Зеймидову:
— В «Волге» был еще один свидетель. Он сидел за рулем. Кто он?
— Я его не знаю.
— Нет, знаете.
Зеймидов опустил глаза.
— Я жду, — напомнил майор. — Как зовут водителя? Кажется, Макс.
Капитан Осокин докладывал о выполнении задания, когда дежурный сообщил:
— Нашлась «Волга». Ваши предположения, товарищ майор, оказались верными.
— Где машина?
— Угол проспекта Космонавтов и улицы Типанова. Во дворе тысячеквартирного дома. Припарковалась к стоянке…
Положив трубку, Миронов довольно потер руки:
— Если не совпадение, то кое-что проясняется.
Но дальше развивать свою мысль не стал. Хлопнув по плечу Осокина, сказал:
— Едем, Николай Иванович.
У «Волги» гранатового цвета была разбита левая фара, на лобовом стекле — трещина, на крыле — вмятина. Отчетливо виднелись растертые брызги молока. «Наверняка этой машиной и была сбита женщина», — решил Миронов.
Составили протокол, сняли отпечатки пальцев. Сотрудники ГАИ перегнали машину во двор управления.
Подставив лицо ветру, Миронов мысленно определил время, необходимое для проезда от ближайшей платформы до Витебского вокзала. Некоторые его предположения уже подкреплялись фактами. Правда, их было мало, да и те, что имелись, нуждались в дополнительной проверке.
— У тебя, Юрий, шагомер есть? — обратился Миронов к старшему лейтенанту Ершову, прибывшему с опергруппой. И, получив утвердительный ответ, попросил — Прогуляйся, пожалуйста, до платформы, промеряй этот маршрут. Возьми также справку о движении поездов вчера после двадцати одного часа в направлении Ленинграда. Потом доложишь, а мы поехали.
Синеватый дымок дохнул из выхлопной трубы. Оранжево мигнул сигнал поворота, и «уазик», развернувшись, юркнул в проем между машинами.
Переговорив со следователем, сидевшим сзади, Миронов наконец-то вспомнил о книге. Достал ее из портфеля и стал бегло листать.
— Увлекающийся парень, — заглядывая через плечо майора в книгу, проговорил Осокин. — Стариной интересуется.
— Ты о ком? — полюбопытствовал следователь.
Осокин рассказал, как в руки начальника ОУР попала редкая книга.
— За этой книгой, между прочим, человек стоит, — включился в разговор Алексей Павлович. — И, думаю, весьма для нас важный. Только вот незадача — как его разыскать…
В книге не оказалось штампа. О ее библиотечной принадлежности говорили лишь кармашек на обратной стороне обложки и написанные чернилами номера. Если установить, где и кем она взята, можно узнать, как она попала к Коркину.
— Придется тебе, Николай Иванович, этим заняться, — сказал Миронов Осокину. Он перевернул очередную страничку и вдруг инстинктивно откинулся назад: так бывает, когда человек увидит что-то необычное и не поверит собственным глазам. На пожелтевшем, отливавшем глянцем листе лежал клочок серой бумаги. Это был счет ресторана «Витязь».
— А вот еще одна зацепка, — сказал Алексей Павлович, показывая находку следователю. — Счет свежий, вчерашний.
Миронов взял в руки микрофон и связался с дежурным.
— Вызовите Макса Коркина в управление, — распорядился он.
«Там и тут Макс, — размышлял Миронов. — Что, если это одно и то же лицо? Очень даже может быть. Кстати, и там, и тут «Волга». Причем гранатового цвета. Любопытно, весьма любопытно…»
Макс Коркин заметно осунулся, под глазами появились темные круги.
— Я же написал заявление, на все вопросы ответил, — недоумевал он.
— Понимаете, некоторые обстоятельства заставили еще раз с вами встретиться, — разъяснил Миронов.
— Какие еще обстоятельства? — Густые брови парня сдвинулись. — Уж не подозреваете ли вы меня в угоне собственной машины? Не зря, выходит, говорят, что милиция может объявить преступником кого ей заблагорассудится, если ей не удается напасть на след…
Он как-то неестественно дернулся, оборвал фразу.
— Что же вы, договаривайте, — подбодрил Миронов и добавил — Если не удастся найти преступника. Это вы хотели сказать?
— Да, именно это, — ответил Коркин. — Вы вместо розыска моей машины пытаетесь приписать мне преступление, которого я не совершал. Иначе за каким чертом я вам понадобился?